«Клёвый УLove» ( © ) пока жива любоFF

! При составлении поста от женщины с веслом никто не пострадал ... по крайне мере будем на это надееться.

Девчонки тоже ходят на рыбалку
И как мужчины любят приукрасить
Размер улова (не подумайте плохого)
Перед подругами похваставшись немного..

                                                                                       Женская рыбалка
                                                                                     Автор: Евген Мальцев

Светочка встала из-за стола, прошла к Сергею, положила перед ним подаренные цветы и вернулась на место.

Сергей проследил за ней, взял цветы, бросил их в корзинку и стал листать бумаги.

— Товарищи! — сказал Николай Павлович. — Всё же отдел наш небольшой, это как бы своеобразная семья, так давайте, в конце концов, жить дружно. Надоело, ей - богу!
— А мне его подарки не нужны! — гордо вскинула головку Светочка. — Я не ссорюсь, но и без подарков тоже обойдусь.

— Цветы, довожу до сведения, не подарки, а категория прекрасного! — повысил голос начальник. — И эта категория по твоей милости оказалась в корзине! Сейчас же встань, подними цветы и поставь их на положенное место!
— Я их не выбрасывала, я их и поднимать не собираюсь!

— Трудно тебе будет жить с мужем, дорогая, — покачала причёской Нина Сергеевна. — Ох, как трудно… — Прошла к корзинке, взяла цветы, отряхнула их, воткнула в баночку на своём столе. — Опомнишься когда - нибудь, да поздно будет.
— Не стыдно? — со значением спросил Николай Павлович девчонку.

— Ни капельки!
— А вот мне стыдно… И стыдно, и больно!

— А до них доходит, когда жареный петух клюнет, — заметила Нина Сергеевна. — Клюнет, тогда и доходит… Напорется вот на такого, который рога обломает, вмиг к памяти придёт.
— Не обломает, — отмахнулась Светочка.

— Облома - ает… Ещё как обломает. Сама такой была, знаю.
— Вот и не судите по себе… Чужие будет ломать, а у самого как бы свои не выросли!

Сергей вскинулся, вывалился из-за стола и, хохоча, на полусогнутых пошёл по комнате.

— Браво! Прекрасно! Потрясающе! Вот он, ответ, достойный сегодняшней молодёжи! Внимайте и учитесь! Пока он будет её рога обламывать, у него же самого они и вырастут!

— остановился напротив Светочкиного стола, опустился на колени:

— Я тебя обожаю! Ты моя прелесть! Если б я мог, я тут же сделал бы тебе предложение!

— А вы разве не можете? — спросила Светочка, не сводя с него спокойного холодного взгляда.
— К сожалению!

— Жаль. Я о вас лучше думала.
— О! — удивился Сергей. — А это уже похоже на провокацию. Ты меня провоцируешь, девочка?

— Удивляюсь.
— Не - ет, ты провоцируешь! Забрасываешь ложный крючок и с замиранием следишь — а вдруг я клюну.

                                                                                                                  -- из киносценария Виктора Мережко - «Полёты во сне и наяву»

Раскраска для Королевы "И все ахнули"  (© )

Королева жизни - проза,
Серой масти королева.
В ней для личности угроза:
Скука будней, сытость хлева.
Лишь поэзии зарницы
Освещают серый быт.
Рифмы стрелы, рифмы птицы –
Мир иной для них открыт.

Пешка я у королевы,
Хоть нас много – одинока.
Всё прошу у прозы стервы
Сумасбродства, чуть порока.
Как же хочется свободы,
Страсти пылкого огня,
Ярких красок для природы,
Музу, крыльев для себя.

Королева жизни – проза,
Ты бесспорно – королева!
Я сижу в тебе занозой
Из Эдемовского древа.
Отпусти, и я в пространство
Словно вектор устремлюсь.
Поэтичных жажду странствий,
Серой масти быть боюсь.

                                                        Королева жизни - проза
                                                       Автор: Зинаида Постоева

Даниэла Устинова — Короли и королевы (Ava Max кавер на русском) [FullHD 1080p]

Часть 1. Глава XIV ( Фрагмент )

— Как вы вышли замуж?
— Очень просто. Он тогда только что воротился из-за границы и бывал у нас, рассказывал, что делается в Париже, говорил о королеве, о принцессах, иногда обедал у нас и через княгиню сделал предложение.

— Ну, когда согласились и вы остались с ним в первый раз одни… что он…
— Ничего! — сказала она с улыбкой удивления.

— Но ведь… говорил же он вам, почему искал вашей руки, что его привлекло к вам… что не было никого прекраснее, блистательнее…
— И «что он никогда не кончил бы, говоря обо мне, но боится быть сентиментальным…» — добавила она.

— Потом?
— Потом сел играть в карты, а я пошла одеваться; в этот вечер он был в нашей ложе и на другой день объявлен женихом.

— В самом деле это очень просто! — заметил Райский. — Ну, потом, после свадьбы!..
— Мы уехали за границу.

— А! наконец не до света, не до родных: куда - нибудь в Италию, в Швейцарию, на Рейн, в уголок, и там сердце взяло своё…
— Нет, нет, cousin, — мы поехали в Париж: мужу дали поручение, и он представил меня ко двору.

— Господи! — воскликнул Райский, — этого недоставало!
— Я была очень счастлива,

— сказала Беловодова, и улыбка и взгляд говорили, что она с удовольствием глядит в прошлое. — Да, cousin, когда я в первый раз приехала на бал в Тюльери и вошла в круг, где был король, королева и принцы…

— Все ахнули? — сказал Райский.

Она кивнула головой ...
                                                                                                                 — из романа Ивана Александровича Гончарова - «Обрыв»

Всё это небо особого предназначения ( © ) 

Нам небо истекает синевой.
И источает свет невинно ясный.
Течёт для нас священною рекой.
И манит в мир свой чистый и прекрасный.
Но, мы его взрываем в облаках.
Но, мы его расстреливаем злобно.
И, с кровью неба на своих руках.
Идём молиться. Рано или поздно.

                                                                Наше небо (отрывок)
                                                          Автор: Григорий Божевский

Тамара любила свою работу, не любила только вечера и небо в голубо - розовую полоску.

Свежий выпуск своей газеты просматривала всегда вечером.

Здесь она знала всё. Каждое слово, каждую буковку, запятую, кавычку, тире…

Любимым занятием, как у всех одиноких людей, было разговаривать с самой собой.

Часто Тамара зачитывала абзац из первой попавшейся на глаза статьи и хвалила себя - любимую за такую божественную корректуру:

- Ай да Тома, ай да сукина дочь.

Сегодня, закутавшись в тёплую кофту и сидя в своём «рабочем» кресле, женщина раскрыла новый выпуск газеты «Вечерняя среда»

и на восьмой полосе прочла кусочек из криминальной информации о ДТП.

Прочла громко, с выражением, вслух:

- Из статьи Михаила Павлова «Догонялись»:

«… результате столкновения автомобилей  никто из пассажиров серьёзно не пострадал. Однако, как сообщили нам в пресс - службе ГИБДД, потрепавш…»

Тамарин голос резко оборвался, она отбросила, даже отшвырнула от себя сначала газету, а потом кофту.

Встала, то есть вскочила. Вскрикнула и закрыла лицо руками.

- Нет, нет, нет… - шептала как заведённая, - нет, нет, нет…

И так до бесконечности…

За окном давно стемнело, а Тамара всё ещё боялась открыть глаза и взглянуть на разбросанные газетные листы.

«Это всё небо».

- Нет…

Телефонный звонок – ударом по сердцу.

«Вот оно», - вспышкой в голове женщины.«Началось».

Тамара опускает руки, открывает глаза.

Стараясь не наступить на газету, медленно, боязливо подходит к телефонному столику, с надеждой, что телефон, наконец, замолчит.

Но нет…

Она снимает трубку.

«Из редакции. Точно».

- Тома, что не подходишь так долго?!

«Алка, блин».

- Спать уже легла, - а голос как будто не её и дрожит предательски.
- На встречу выпускников собираешься? Я без тебя как-то…

- Ой, я и забыла совсем… Если работы…
- Что ты привязалась к этой работе?! Пойдём. Посмотрим…

- Я позвоню…
- Ну, всё понятно с тобой. Спи…

От резких гудков в трубке Тамара вздрогнула.

«Как сирена воздушной тревоги. Нет! Милиции».

- Приедут и заберут, - сказала тихо женщина, - посадят. Пожизненно…

Идиотка, ты ошиблась, это не опечатка.

Там, конечно же, написано «потерпевшие», ты ведь корректор от Бога, лучше тебя…

Шаг, другой, и газета в руках.

Вот и восьмая полоса, и та самая криминальная информация о столкновении, и…

«Как я могла пропустить?!»

- Где были твои глаза, старая слепая дура! - прокричала она, - столько лет работы, и ни одной ошибки, а тут…

Тамара не могла ни поверить своим глазам, ни произнести это слово…

Оно как приговор, как преступление и наказание, как убийство…

- Нет, нет, нет…

Легла на пол, на смятые листы газеты, укрылась кофтой и под собственное монотонное бормотание уснула.

И приснились ей арест и суд, и как её допрашивали, как вели по тюремным коридорам в темноту, и одно только слово, одно…

«Это конец».
                                                                                                                                                                                            ОПЕЧАТКА (ОТРЫВОК)
                                                                                                                                                                                      Автор: Игорь Корниенко.

( кадр из фильма «Утомлённые солнцем» 1994 )

Письмо с недошедшими до него руками ( © )

Бурлеск. Вид комической поэзии, сформировавшийся в эпоху Возрождения. Комизм бурлеска строится на том, что серьёзное содержание выражается несоответствующими ему образами и стилистическими средствами, а «возвышенные герои» классической античной либо классицистической литературы оказываются как бы «переодетыми» в шутовское чуждое им одеяние.
Бурлеск — это театральное или сценическое представление, которое сочетает юмор, пародию, танцы, костюмы и другие элементы для развлечения зрителей. Главное в бурлеске — не откровенность, а игра, образ, ирония и умение артистки взаимодействовать со зрителем. (©)

О, Господи! Меня благослови
Избавиться от муки безответной —
От первой неудавшейся любви,
Моей мечты несбывшейся, заветной.
Уже давно себе не рада я…
Ни расстояние не лечит. И ни время.
Не понимают ни родные, ни друзья.
Из года в год несу я это бремя.
По разным берегам одной реки
мы жили и любили параллельно.
Теперь мы старики. И дураки.
И оба вместе. И оба раздельно.

О! Господи ! Спаси и сохрани
Лишь в памяти счастливые те дни!

                                                                        Сонет неудавшейся любви
                                                                         Автор: Галина Борисенко

Рассказ. Трах - трах о занавес ( Фрагмент )

Воскресенье было нашим днём, нашим спокойным, лёгким днём.

Мы шли в “Бчрбанк”.

Сначала там всегда показывали паршивую киношку.

Очень старую киношку, а ты смотрел её и ждал. Думал о девчонках.

Трое или четверо парней в оркестровой яме – они играли громко, может, играли они и не слишком хорошо, но громко, и стриптизёрки, наконец, выходили и хватались за занавес, как за мужика, и трясли своими телами – опаньки об этот занавес, опаньки.

А потом разворачивались и начинали раздеваться.

Если хватало денег, то можно было даже купить пакетик воздушной кукурузы; если нет, то и чёрт с ним.

Перед следующим действием был антракт. Вставал маленький человечек и произносил:

– Дамы и господа, если вы уделите мне минуточку вашего любезного внимания… – Он продавал подглядывательные кольца. В стекле каждого кольца, если держать его против света, виднелась изумительнейшая картинка. Это то, что вам обещали!

Каждое кольцо стоило 50 центов, собственность на всю жизнь всего за 50 центов, продаётся только посетителям “Бчрбанка” и нигде больше. – Просто поднесите его к свету, и увидите! И благодарю вас, дамы и господа, за ваше любезное внимание.

Теперь капельдинеры пройдут по проходам среди вас.

Два захезанных бродяги шли по проходам, воняя мускателем, каждый – с мешочком подглядывательных колец.

Я ни разу не видел, чтобы кто - нибудь эти кольца покупал.

Могу себе вообразить, однако, что если поднести одно такое к свету, картинкой в стекле окажется голая женщина.

Оркестр начинал снова, занавес открывался, и там стояла линия хористок, большинство – бывшие стриптизёрши, состарившиеся, тяжёлые от маскары, румян и помады, фальшивых ресниц.

Они просто дьявольски старались не выбиваться из музыки, но постоянно чуть - чуть запаздывали.

Однако продолжали; я считал их очень храбрыми.

Затем выходил певец.

Певца - мужчину любить было очень трудно.

Он слишком громко пел о любви, которая пошла наперекосяк.

Петь он не умел, а когда заканчивал, широко растопыривал руки и склонял голову навстречу малейшему всплеску аплодисментов.

Потом появлялся комик. Ох, этот был хорош!

Он выходил в старом коричневом пальто, в шляпе, надвинутой на глаза, горбился и шаркал ногами, как бичара – бичара, которому нечем заняться и некуда идти.

Мимо по сцене проходила девушка, и он следовал за ней взглядом.

Затем поворачивался к публике и шамкал беззубым ртом:

– Н - ну, будь я проклят!

По сцене проходила ещё одна девушка, и он подваливал к ней, совался физиономией ей в лицо и говорил:

– Я старый человек, мне уже за 44, но когда кровать ломается, я кончаю на полу. – Это был полный умат. Как мы ржали! И молодые, и старики, как мы ржали.

А ещё был номер с чемоданом. Он пытается помочь какой-то девчонке сложить чемодан.

Одежда постоянно вываливается.

– Не могу её запихать!
– Давайте, я помогу!

– Опять расстегнулся!

– Постойте! Давайте, я на него встану!
– Что? Ох, нет, стоять на нём вы не будете!

Номер с чемоданом так длился без конца. Ох, какой же он был смешной!

Наконец, первые три или четыре стриптизёрки выходили опять.

У каждого из нас была своя фаворитка, и каждый из нас был влюблён.

Лысый выбрал тощую француженку с астмой и тёмными мешками под глазами.

Джимми нравилась Тигриная Женщина (вообще-то правильнее – Тигрица).

Я обратил внимание Джимми на то, что у Тигриной Женщины одна грудь определённо была больше другой.

Моей была Розали.

У Розали была большая задница, и она ею трясла, и трясла, и пела смешные песенки, и пока ходила по сцене и раздевалась, разговаривала сама с собой и хихикала.

Она была единственной, кому эта работа нравилась.

Я был влюблён в Розали.

Часто думал о том, чтобы написать ей письмо и сказать, какая она клёвая, но всё как-то руки не доходили.

        — из сборника рассказов американского писателя и поэта контркультуры Чарльза Буковски - «Юг без признаков севера»

( кадр из фильма «Бурлеск» 2010 )