Қазақстан Республикасы
Когда весны зелёный дым
сродни божественной свободе,
то кровь блаженно
в жилах бродит,
кольцом не скована златым...
А милость неба - в каплях слёз.
молитва... боль и утешенье...
любовь - не смерть, а воскрешенье
с дождём ночным,
в полынность рос.
Но дверь закрыта для чужих,
отрекшихся, любя иное...
Душа, познавшая земное,
ты - солнце,
в водах ледяных...
Сиянье в ледяной воде (отрывок)
Автор: Татьяна Лисовская
Была ранняя весна.
Работа на открытом воздухе в зимние морозы, доходившие до 50 градусов, ослабили мой организм, и я чувствовал себя неважно.
С трудом отрабатывал смену. Потерял аппетит.
И однажды решил: «Поеду на новое месторождение!»
Работа буровому мастеру всегда найдётся.
Уволился и отправился в путь, в Тарбагатайский район Казахстана, в село Кызылкисек.
В Усть - Каменогорск добирался на самолёте местной авиалинии.
С высоты полёта впервые увидел Бухтарминскую гидроэлектростанцию.
Отлично была видна высокая плотина, которая подпирала огромное водохранилище.
Картина напомнила детские игры, когда перегораживал ручьи.
«Это то же самое, но увеличенное в тысячи раз!», - подумалось мне.
А дальше предстояло ехать автотранспортом.
Небольшой автобус УАЗ уже ждал пассажиров.
Водитель, казах средних лет, перехватил меня у кассы и предложил:
- Ты билет не покупай, отдай деньги мне. Посажу тебя на место кондуктора. С контролёром я договорюсь.
В зале ожидания появился симпатичный русский парень. Мы оказались попутчиками.
Он недавно отслужил в армии. Значит, будет с кем поговорить.
Но вышла ошибка. Юноша не ориентировался ни в литературе, ни в политике, ни в спорте. Он только повторял:
- Вот брат у меня – во всём разбирается. Сам увидишь.
Из вещей у меня был рюкзак и ружьё в самодельном чехле.
Виктор, так звали парня, заинтересовался им.
Я рассказал о своей одностволке, частично о своей службе на Дальнем Востоке, где и приобрёл ружьё.
И решил повеселить человека.
- Спускаюсь я однажды на лодке по течению, шестом дно меряю.
Изучаю фарватер речки, на которой стоит наша воинская часть. У берега незнакомый солдатик плещется.
Понырял он ещё немножко, а потом спросил: «Ну, как, вода холодная?»
Он – в воде, я – в лодке!
Сразу поправился: «Ну, как, клюёт?»
Понимаешь, он ждал вопроса, а я молчал, и тот сам сорвался у него с языка!
Парень слушал, открыв рот. Посмеялись.
Я вышел в открытые двери, ведущие к летному полю, чтобы покурить на свежем воздухе.
Мимо прошла девушка метеоролог. Видимо я засиделся на буровых вышках, отстал от жизни.
Поэтому долго был под впечатлением, которые произвели на меня стройные ноги в лёгких резиновых сапожках на крепких икрах, рельефные груди и тонкая талия.
А больше всего – беспечное, весёлое выражение голубых глаз на симпатичном лице.
Только от того, что она прошла мимо, захотелось жить, творить, совершать подвиги.
Даже явилась мысль остаться в этом Усть - Каменогорске и познакомиться с девушкой.
Но я понимал, что никто меня не ждёт и даже не подозревает о моём существовании.
Так что нужно идти своим путём и не отвлекаться. Метеоролог проследовала к приборам, а я вернулся в зал ожидания.
Виктора застал в кругу людей, которым он говорил:
- Я стою в лодке, а он в воде и он меня спрашивает: «Ну как, вода холодная?»
При виде меня он смутился.
А я понял, что у юноши за душой нет даже плохонького анекдота. А ещё и со скромностью проблемы.
Сидение контролёра было удобным, позволяло обозревать и окрестности, и пассажиров в салоне.
Возбуждение от любования девушкой перешло в стойкое хорошее настроение.
Ехали в основном безлюдной степью, жёлтой от пожухлых прошлогодних трав. В низинках ещё лежал снег.
Через какие-то промежутки у обочины дороги попадались каменные бабы.
Это, видимо, были те самые места, о которых писал Абай Кунанбаев.
- Вы Абая Кунанбаева знаете, читали его книги?
– обратился я к казахам. Они переглянулись и покачали головой: «Не знают».
- А Джамбула Джабаева?
- Этого знаем. Он акын, песни сочинял.
Приехали в казахское село, в центре которого располагались клуб, столовая и магазин. Пошли в столовую.
Она была закрыта: выходной – воскресенье.
У клуба афиша кино: «Доживём до понедельника».
Это совпадение развеселило меня, хотя от голода было не до смеха. Купили хлеба и ели его всухомятку.
К вечеру должны были добраться до другого казахского села и там заночевать.
Подъехали к неширокой речке в пологих берегах, русло которой от берега до берега устилала обкатанная разноцветная галька.
Водитель сходу начал её форсировать.
Автобус двигался уверенно, вот уже достиг средины, где поток был самым быстрым.
И в этот момент мотор почему-то чихнул и заглох.
В салоне заохали и заахали, ругаться стали кто по-русски, кто по-казахски. Водитель говорит:
- А что я сделаю? Заводится только рукояткой. Будем ждать, может быть транспорт какой появится, перетащит нас.
На мне были резиновые сапоги.
Я осторожно опустил одну ногу в воду и нащупал каменистое дно. До края голенища вода не доходила.
Тогда я взял «кривой стартёр» и, держась за капот, чтобы течение не сбило, отправился к радиатору.
Начал крутить мотор рукояткой, а он и не думал заводиться.
Сделал с десяток попыток, из сил выбился, а толку никакого. Уже и ноги стали мёрзнуть – вода в речке была ледяная.
- На, возьми. - Из автобуса подали кусок хлеба с салом. Опять развеселили!
Стал жевать бутерброд, внутренне улыбаясь.
«Да, прямо сейчас богатырская сила ко мне явится!»
Покончив с едой, снова взялся за рукоятку, крутанул и – о, чудо! – мотор заработал!
В следующее поселение въехали уже затемно.
ПО КАЗАХСТАНУ (отрывок)
Автор: Василий ХРАМЦОВ
