Мы будем жить теперь по-новому, А Любе - Любе, Любе, А Любе - Любе, Любе, А Любе - Люберцы мои - и - и!
***
Мы будем жить теперь по-новому, А Любе - Любе, Любе, А Любе - Любе, Любе, А Любе - Люберцы мои - и - и! - строчка из песни «Люберцы» группы «Любэ».
Вечер последний провели
мы вчера,
По английски ушёл ты
сегодня с утра.
Ушёл по английски, пару
слов не сказав
И одним махом нити все
оборвав.
Что когда то связали,
словно канат,
Ты ушёл по английски,
не вернёшься назад...
Ушёл по английски,ушёл
налегке,
В руке с телефоном, вертя
ключи на брелке.
Ты ушёл по английски
Автор: Ирина Сидорова 3
Глава 6 ( Фрагмент )
Меня разбудил настойчивый звонок.
Наощупь потянувшись за телефоном, я взяла его с тумбочки и поднесла экран к лицу.
«Вероника админ» – прочитала я заспанными глазами.
Прокашлявшись, чтобы коллега не услышала моего сонного голоса, я ответила на вызов.
– Да.
– Ульяна, – обеспокоенно произнесла Вероника. – Не разбудила?
– Будем считать, что нет, – призналась я, садясь на кровати и проводя рукой по лицу, пытаясь проснуться. – Что-то случилось?
Обычно я работала с утра, а администраторы приходили к 14:00, чтобы вечером закрыть смену, но на сегодня Вероника попросила подменить её.
Она редко обращалась с подобными просьбами, а работала безукоризненно, поэтому я пошла девушке навстречу, понимая, что мне тоже может понадобиться её помощь, если вдруг с поиском админа случится заминка.
– Да… Да. Мне кажется, вам стоит приехать, – голос администратора дрожал от волнения, хотя она старалась говорить ровно. – Чем скорее, тем лучше. У нас тут какая-то революция.
– Скоро буду!
Остатки сна мигом испарились, а волнение Вероники передалось и мне.
Я вскочила с кровати и начала лихорадочно одеваться, на ходу прокручивая в голове различные сценарии того, что могло произойти в ресторане.
Может быть, София решила перед увольнением выкинуть какой-то сюрприз и подговорила всех не выходить на работу?
Или Лавров внедряет какую-то инновацию, не предупредив меня?
Но вряд ли бы это так шокировало уравновешенную Веронику, да и Лавров всегда предупреждал, когда хотел что-то изменить в нашей работе.
Скорее поверю, что это Софа устроила показательное выступление напоследок.
Одним словом, после звонка Вероники ничего хорошего я не ждала.
Мысли роились в голове, пока я бежала к машине.
Всю дорогу до ресторана я нервно барабанила пальцами по рулю, гадая, что же меня ждёт на месте.
Когда я влетела в зал, то сразу же начала искать глазами Веронику, надеясь получить от неё ответы на свои вопросы.
Администратор стояла за барной стойкой, напряжённо всматриваясь в экран своего планшета.
Увидев меня, она лишь молча указала на столик в дальнем углу зала и коротко сказала:
– Вас там ждут.
Я недоуменно посмотрела на Веронику, но по её настороженным глазам стало понятно, что она сама знает не больше моего.
Круто развернувшись на каблуках, я хладнокровно выдохнула, настраиваясь решить любую проблему, с чем бы мне сейчас ни предстояло столкнуться.
Каково же было моё удивление, когда за указанным столиком я увидела мужчину – того самого незаконного брата - близнеца Вентворта Миллера, которого я недавно видела в ресторане вместе с Лавровым.
От волнения сердце пропустило удар и забилось с удвоенной силой, стараясь нагнать упущенное.
Он сидел, расслабленно откинувшись на спинку кресла, и внимательно наблюдал за моим приближением.
Перед ним на столе стояла чашка кофе и дорогой ноутбук.
Его пронзительный взгляд не предвещал ничего хорошего и будто прожигал насквозь, заставляя чувствовать себя неуютно.
– Доброе утро. Ульяна, полагаю? – произнёс он низким, бархатным голосом, когда я подошла к столику.
– Всё верно, – холодно ответила я, сама не понимая, почему из-за незнакомца у меня нервно дрожат поджилки.
Мужчина передо мной вёл себя с раздражающей уверенностью хозяина положения.
Его сканирующий взгляд и нагловатую манеру держаться дополняла какая-то опасная внешность типичного хищника с босяцкими чертами лица.
Правда от всего этого отвлекали эпатажные брендовые шмотки на три размера больше и модные светло - коричневые очочки без оправы.
– Ян Сташевский, – представился он, протягивая руку.
Его небрежно закатанные рукава оголили предплечья и в глаза бросились несколько татуировок в форме колец разной степени толщины, проходящих вокруг руки.
Он не стал вставать, лишь лениво потянулся в мою сторону через стол.
– Присаживайтесь, нам нужно серьёзно поговорить, – сказал он, указывая на кресло напротив себя.
Я медленно опустилась на стул, всё ещё не понимая, кто этот человек и что ему нужно.
– Вы, наверное, догадываетесь, кто я такой, – продолжил он, не сводя с меня своих проницательных синих глаз.
– Даже не представляю, – честно ответила я.
– Правда? – удивился он. – Значит, Ульяна Асадова не настолько хороша, как говорят?
– Смотря, где говорят, – спокойно ответила я, не поддаваясь на его провокацию.
– В ресторанном бизнесе Санкт - Петербурга, разумеется, – насмешливо хмыкнул Ян.
– Я видела вас здесь с Константином Владимировичем.
На его красивом лице отразилась кривая улыбка, словно он ожидал именно такого ответа.
– Что ж, значит то, что я сейчас покажу, не будет для вас полнейшей неожиданностью. Это радует.
Из кожаной папки с документами Ян достал бумаги и небрежно толкнулих по гладкой поверхности стола в мою сторону.
Я замерла, не понимая, что может скрываться за этими официальными бумагами. Но интуиция подсказывала – ничего хорошего.
С опаской протянув руку, я взяла документы и начала изучать, чувствуя, как Ян сверлит во мне дырку.
С каждой строчкой мои глаза расширялись от шока и недоверия.
Сердце, казалось, вот - вот вырвется из груди, а к лицу прилил жар, будто я сейчас находилась не за столом в прохладном зале нашего ресторана, а в бане, где температура перевалила за 90 градусов.
Когда я дошла до последней страницы, то уже не могла сдерживать эмоции.
– Это что, шутка такая?! Это невозможно! – воскликнула я, бросая бумаги на стол.
– Никаких шуток, Ульяна, – спокойно ответил Ян, откидываясь на спинку кресла.
Это был договор купли - продажи ресторана, подписанный Константином Владимировичем и ООО «Вкус» в лице генерального директора Яна Сташевского.
В сердце болезненно кольнуло, пробуждая воспоминания.
«Taste» – та самая сеть, которая не так давно пыталась переманить меня к себе…
Согласно документу, Лавров продал свой бизнес этому самодовольному моднику, фактически сделав его новым владельцем «Петрограда».
Внизу стояла свежая печать и подпись Константина Владимировича.
Я подняла ошарашенный взгляд на Яна, который продолжал сверлить меня своими пронзительными глазами.
На его лице играла самодовольная ухмылка.
– Как видите, всё абсолютно законно. Я действительно приобрёл бизнес Лаврова. Теперь я полноправный владелец этого ресторана.
– Чудно, конечно, но я вам не верю. Простите, многоуважаемый Ян, но это похоже на наглый рейдерский захват. Если бы Константин Владимирович продавал ресторан, я бы об этом знала, – едва сдерживая гнев, сказала я. – Мне ничего не стоит сдать вас полиции. Вы же в курсе, что за подделку документов можно получить срок?
– Я ожидал, что вы будете горой стоять за своего босса. Мне это нравится, Ульяна. Но мы живём не в 90-х, и я бы на вашем месте не тратил время на ерунду, а взглянул правде в глаза. Вас продали, Ульяна, – процедил Сташевский. – А ваш босс даже не нашёл в себе смелости, чтобы предупредить об этом сотрудников и подготовить вас.
Его слова звучали как приговор.
Я физически чувствовала, как мой стабильный мир рассыпается по кусочкам на глазах этого нахала.
Лавров продал ресторан, даже не поставив меня в известность.
От такого предательства я ощущала как к горлу подступает ком и едва сдерживалась, чтобы не разрыдаться.
Человек, которому я безоговорочно доверяла и посвятила 10 лет своей жизни, вот так легко всё бросил и сбежал, ничего мне не сказав.
Ладно, он не попрощался с ребятами, хотя даже это было очень некрасиво с его стороны. Но как же я?
Я здесь работаю дольше всех, и он не нашёл в себе силы, чтобы признаться?
-- из любовного романа Яны Голд - «Ресторатор»
( кадр из телесериала «Крот» 2001 - 2002 )
