Ну этого хоть так ещё можно использовать .. пока

Повторяю: совесть проснулась, но бесплодно. Иудушка стонал, злился, метался и с лихорадочным озлоблением ждал вечера не для того только, чтобы бестиально упиться, а для того, чтобы утопить в вине совесть.

                                                                                                      --  М. Е. Салтыков - Щедрин. Роман «Господа Головлёвы» (Цитата)

***

МОСКВА - ПЕТУШКИ (глава 5)

Таких историй в жизни море!
Возможно в этой ты себя найдёшь!
Алкаш в семье - большое горе!
Когда прочтёшь, ты всё поймёшь!
Пока ты пьёшь, жена твоя рыдает!
А сын к тебе не склонен и ершист!
Твой интерес к ним быстро пропадает!
Пока ты пьёшь - ты жуткий эгоист!
Ты хорошо устроился "мужчина"!
Завёл жену, что б с пьяну не скучать!
И  выпить - есть железная причина!
Мол, не верна! Есть повод побухать!
В горячке всех скотами называешь!
Забил ты на работу и семью!
Пока ты пьёшь, ты облик свой теряешь!
Ты просираешь жизнь свою!
И так неделя за неделей,
Сидишь со стопкою в руках,
И знаешь- не в жене ведь дело!
Похмелье- вот твой тяжкий страх!
С утра ты стопку выпивая,
Синдром похмельный заглушишь!
И льётся зелье, вены расширяя,
Замкнулся круг, с него уж не сбежишь!

                                                     Алкаш в семье - большое горе! (отрывок)
                                                                   Автор: Анна Любченко

( кадр из фильма  «Любовь и голуби» 1984 )

Как предвидеть наперёд, что тебя на свете ждёт? ( © )

Мы открываем книгу. Её страницы чисты. Мы собираемся заполнить их собственноручно. Книга называется „Возможность“, а её первая глава называется „Новый год“.
                                                                                                                                                                                — Эдит Лавджой Пирс

На втором Белорусском ещё продолжалось затишье,
Шёл к закату короткий последний декабрьский день.
Сухарями в землянке хрустели голодные мыши,
Прибежавшие к нам из сожжённых дотла деревень.

Новогоднюю ночь третий раз я на фронте встречала.
Показалось — конца не предвидится этой войне.
Захотелось домой, поняла, что смертельно устала.
(Виновато затишье — совсем не до грусти в огне!)

Показалась могилой землянка в четыре наката.
Умирала печурка. Под ватник забрался мороз…
Тут влетели со смехом из ротной разведки ребята:
— Почему ты одна? И чего ты повесила нос?

Вышла с ними на волю, на злой ветерок из землянки.
Посмотрела на небо — ракета ль сгорела, звезда?
Прогревая моторы, ревели немецкие танки,
Иногда миномёты палили незнамо куда.

А когда с полутьмой я освоилась мало - помалу,
То застыла не веря: пожарами освещена
Горделиво и скромно красавица ёлка стояла!
И откуда взялась среди чистого поля она?

Не игрушки на ней, а натёртые гильзы блестели,
Между банок с тушёнкой трофейный висел шоколад…
Рукавицею трогая лапы замёрзшие ели,
Я сквозь слёзы смотрела на сразу притихших ребят.

Дорогие мои д`артаньяны из ротной разведки!
Я люблю вас! И буду любить вас до смерти, всю жизнь!
Я зарылась лицом в эти детством пропахшие ветки…
Вдруг обвал артналёта и чья-то команда: «Ложись!»

Контратака! Пробил санитарную сумку осколок,
Я бинтую ребят на взбесившемся чёрном снегу…

Сколько было потом новогодних сверкающих ёлок!
Их забыла, а эту забыть не могу…

                                                                                                                Ёлка
                                                                                                Автор: Юлия Друнина

( «Женя, Женечка и „Катюша“» 1967 )

Светло - Синий

Мама! глянь-ка из окошка —
Знать, вчера недаром кошка
Умывала нос:
Грязи нет, весь двор одело,
Посветлело, побелело —
Видно, есть мороз.

Не колючий, светло - синий
По ветвям развешан иней —
Погляди хоть ты!
Словно кто-то тороватый
Свежей, белой, пухлой ватой
Всё убрал кусты.

Уж теперь не будет спору:
За салазки, да и в гору
Весело бежать!
Правда, мама? Не откажешь,
А сама, наверно, скажешь:
«Ну, скорей гулять!»

                                             Мама! глянь-ка из окошка…
                                                 Автор: Афанасий Фет

Часть 1.  Глава 9. ( Фрагмент )

На небе ярко сверкнула, как живой глаз, первая звёздочка, и в окнах дома замелькали огоньки.

Настали минуты всеобщей, торжественной тишины природы, те минуты, когда сильнее работает творческий ум, жарче кипят поэтические думы,

когда в сердце живее вспыхивает страсть или больнее ноет тоска, когда в жестокой душе невозмутимее и сильнее зреет зерно преступной мысли, и когда… в Обломовке все почивают так крепко и покойно.

— Пойдём, мама, гулять, — говорит Илюша.
— Что ты, Бог с тобой! Теперь гулять, — отвечает она, — сыро, ножки простудишь; и страшно: в лесу теперь леший ходит, он уносит маленьких детей.
— Куда он уносит? Какой он бывает? Где живёт? — спрашивает ребёнок.

И мать давала волю своей необузданной фантазии.

Ребёнок слушал её, открывая и закрывая глаза, пока, наконец, сон не сморит его совсем.

Приходила нянька и, взяв его с коленей матери, уносила сонного, с повисшей через её плечо головой, в постель.

                                                                                                         — из романа Ивана Александровича Гончарова - «Обломов»

Его Звериада ( © ) или может, если, полковник не жонглировал бы гранатами

Звериада ничего не могла про него выдумать острого, кроме следующей грубой и мутной строфы:

Прощай, Клоченко, рыжий пёс,
С своею рожею ехидной.
Умом до нас ты не дорос,
Хотя мужчина очень видный.
                                                                                    --  Александр Куприн. Роман «Юнкера» (Цитата)

Я умру здесь от тоски,
от безделья стынут веки.
Как зыбучие пески,
превратились мысли в реки.
Не судьба, - вслух бормочу,
как теперь же: кисти, краски.
Может всё пройдёт, шепчу,
не хотелось бы, огласки.
Поутру звоню жене:
как дела? - Великолепно!
А с врачом наедине,
говорят: что будто слепну…
Не спросив ни у кого,
за меня судьба решила.
Наплевать на большинство,
кто не понял - тем внушила.

И сказал друг: “Селяви,
у меня дела похуже,
Донжуан большой любви -
это только я снаружи”.
Старость мечется во сне,
мутность ночи, глаукома.
Для солидности – пенсне,
а в душе озноб, оскома.
Свесив трость с руки, иду,
впереди в пыли дорога.
Время перчит борозду -
жизнью, съеденного много.
От ошибок не уйти,
жизнь течёт не так уж скучно.
Остальную б, часть пути
добежать благополучно.

                                                        Глаукома
                                            Автор: Юрий Слащев