Любовницы, родственники и всё частным образом

Над Гудзоном солнце поднималось.
Из тумана утро выбиралось.
Город бойкий томно просыпался.
Пирсами в воде речной игрался.

Статуя Свободы зеленела.
Не от страха вовсе - так хотела.
К ней ещё туристы не спешили.
Кетчупом и кокой не залили.

Воды мутные Гудзона лились.
С Севера на Юг косою вились.
В них ничто не может отражаться.
Только смелый может в них купаться.

Весь в паромах, катерах и лодках.
В волнах пенистых - разбросанных пилотках.
Он течёт столетиями себе.
Не в войне ни с кем и не в борьбе.

Я сижу над ним, как нависаю.
Дни свои до отпуска считаю.
Утро на Гудзоне хорошо.
Только оно быстренько ушло.

                                                                        Гудзон
                                                            Автор: Леот Котин

Первая линия. Посвящена отцу автора — Александру Трояновскому. "Поручик – революционер" ( Фрагмент )

Однажды – это было примерно в мае 1936 года – отец показал мне письмо, полученное им дипломатической почтой.

Он закрыл рукой основную часть письма и показал мне только концовку.

Насколько я помню, там от руки было написано: «Прошу сделать это лично для меня. И. Сталин ».

Как я узнал много лет спустя, в письме содержалось поручение договориться с американцами о строительстве в Соединенных Штатах двух сверхтяжёлых линейных кораблей с 16-дюймовыми орудиями.

Начались затяжные переговоры.

По указанию из Москвы к ним был подключён американский бизнесмен Сэм Карп, который в сентябре 1936 года создал в Нью - Йорке фирму с единственной целью добиться строительства для Советского Союза одного или двух самых мощных для того времени военных кораблей.

Это был родной брат уже упомянутой мной Полины Семёновны Жемчужиной, жены председателя Совнаркома В. М. Молотова, девичья фамилия которой была Карповская (отсюда и Карп).

Осенью 1936 года в Нью - Йорк прибыла и сама П. С. Жемчужина.

С какой целью, для меня осталось загадкой.

Отец ничего мне об этом не говорил, так что я могу только догадываться.

Решение поставить Сэма Карпа во главу переговоров о военных кораблях было далеко не лучшим вариантом.

Он был мелким бизнесменом, и, хотя располагал значительными средствами, полученными от советской стороны, такой крупный проект, как строительство двух огромных линейных кораблей, был ему просто не по плечу.

К тому же американцы отнеслись к нему с большой долей скепсиса и открыто говорили, что было бы гораздо солиднее, если бы этим проектом занимался советский Амторг или какая - нибудь известная американская фирма.

Посольство занималось указанным проектом в тех случаях, когда необходимо было подключить к нему государственные учреждения США.

Это была сложная работа.

Сначала против сделки с линкорами выступил Государственный департамент.

Когда же он снял свои возражения, упёрся министр военно - морских сил Клод Суансон.

После того как удалось преодолеть и его сомнения, продолжали вставлять палки в колёса высшие офицеры его министерства.

Когда проект стал приобретать реальные очертания, Государственный департамент доложил состояние дел президенту Рузвельту.

3 апреля состоялось заседание кабинета министров, где рассматривался этот вопрос.

Согласно записям в дневнике министра внутренних дел Гарольда Икеса, министр Суансон на этом заседании фактически не сказал ни да ни нет.

Сам же президент не имел возражений против того, чтобы линкор или линкоры были построены в США.

Он поручил Суансону найти частную судостроительную компанию, которая взялась бы за постройку кораблей.

-- из  мемуаров Олега Александровича Трояновского, советского дипломата и переводчика - «Через годы и расстояния. История одной семьи»

( кадр из фильма «Жемчужина» 2020 )