С любовью, Твой Андрюша * С любовью, Твой Андрюша * С любовью, Твой Андрюша
Разделили будто душу,
Не хватает мне тебя,
Я хожу, ищу повсюду,
Где ты, милая моя.
Словно птица без крыла я,
Что на ветках не сидит,
Без тебя вся жизнь, рутина,
Пустота меня гнетёт.
Но надежда не угаснет,
И любовь горит огнём,
Жду, когда, найдёшься только,
Дни бегут, как быстрый сон.
Разделили будто душу,
Не хватает мне тебя,
Я хожу, ищу повсюду,
Где ты, милая моя.
Где ты, милая душа,
Мне ответь, куда ушла,
Без тебя весь мир увял,
Сердце в сердце потерял.
Разделили будто душу,
Не хватает мне тебя,
Я хожу, ищу повсюду,
Где ты, милая моя.
Где ты (отрывок)
Автор: Андрей Гречкин
Глава пятая ( Фрагмент )
Агнесса Подмазенко, получавшая письма от Власова, не могла знать, что генерал отправлял примерно такие же письма и своей законной супруге.
__________________________________________________________________________________________________________________________________________________________
«Дорогая Аня!.. Я тебя прошу, будь мне верна. Я тебе до сих пор верен.
В разлуке с тобой люблю тебя крепче прежнего. Всё плохое позабыл. Вернее, плохое с моей стороны.
Ты для меня всегда была святая, и сейчас надеюсь и уверен, что в эти дни, когда мы переживаем опасность ежеминутно, ты всегда и всюду будешь только моя и больше ничья.
Больше мне ничего не нужно. Итак, ответы жду немедленно.
До скорого свидания. Целую тебя крепко и много, много раз свою милую дорогую Аню.
Твой всегда и всюду любящий тебя Андрюша».
___________________________________________________________________________________________________________________________________________________________
Невероятно, но это письмо написано в тот же день, что и письмо к Агнессе Подмазенко.
Как это говорил Власов?
Дескать, «написал бы ещё, да вся ручка кончилась. Вот Кузин опять исправил. Продолжим дальше в другом письме».
Вот Власов в другом письме и написал.
И не только 28 февраля 1942 года.
По датам сохранившихся в архиве писем можно установить, что 2 марта 1942 года Власов отправил письмо законной супруге, а 3 марта — Подмазенко.
4 и 5 марта написаны ещё два письма Агнессе Павловне, но 6 марта — Анне Михайловне Власовой.
17 марта — Подмазенко.
18 марта — одновременно и Подмазенко, и Власовой. 2 апреля — Подмазенко, а 20 апреля — Власовой.
Зато 26 марта — сразу три письма — два Подмазенко и одно Власовой.
А вот 17 мая, наоборот, два письма — Власовой и только одно Подмазенко.
Жену Власов в своих письмах называл «Аликом», Подмазенко — «Аликом», себя — «Андрюшей».
Андрюшей и ощущал себя сорокалетний генерал - лейтенант, по крайней мере, в те минуты, когда писал письма.
К сожалению, ответных писем Анны Михайловны не сохранилось совсем, и мы так и не знаем, сумел ли Власов воинскими подвигами и письмами, наполненными словами любви, растопить обиду, нанесённую супруге своим романом 1937 года.
Судя по письмам самого Власова, если ему и удалось растопить ледок в отношениях с женой, то не до конца.
Но это, конечно же, не вина Власова. Он делал всё, чтобы восстановить прежние отношения.
Он посылал письма своей супруге в конвертах, на которых был изображён идущий в атаку танк.
Сам Власов напористостью и незамысловатостью на этот танк и походил.
Действовал он умело, уверенно, требовательно.
Не стеснялся, когда нужно было солгать.
Не скромничал, когда можно было вызвать сочувствие к себе, как к герою — защитнику Родины.
Вот его письмо Анне Михайловне Власовой…
__________________________________________________________________________________________________________________________________________________________
«Прежде всего спешу сообщить тебе, что наши дела на фронте идут успешно: бьём фашистов без отдыху.
В газетах ты, наверное, уже прочитала — поздравь меня с присвоением очередного звания.
Правительство и партия нас награждает за наши даже незначительные дела и ценит нас — это очень дорого.
Дорогая Аня!
Ты, наверное, думаешь, что мне пишут из Ленинграда.
Искренно уверяю тебя, как мы расстались с тобой, никто мне ничего не писал, да и я никому не писал, поэтому судьбу их не знаю.
Я тебя прошу, будь мне верна.
Я тебе до сих пор верен. В разлуке с тобой люблю тебя крепче прежнего. Всё плохое позабыл. Вернее, плохое с моей стороны.
Если ещё сердишься на меня за что, прости. Я считаю, что своей честной работой, борьбой я это уже заслужил — раньше не просил.
Напиши мне скорее искренно — по-прежнему ли любишь меня крепко и глубоко.
Я только этого одного и хочу от тебя теперь услышать.
Итак, ответы жду немедленно.
До скорого свидания. Целую тебя крепко и много, много раз, свою милую дорогую Аню.
Твой всегда и всюду любящий тебя Андрюша».
___________________________________________________________________________________________________________________________________________________________
В письмах к А.М. Власовой и А.П. Подмазенко Андрей Андреевич как бы в шутку изображает из себя этакого комсоставовского Отелло.
Но, похоже, что ему и не нужно было очень сильно напрягаться для этого, поскольку он и на самом деле был ужасным ревнивцем.
Похоже, что в 1937 году «ндравная» Анна Михайловна Власова объявила мужу, что ему ещё придётся пожалеть о своей измене.
Тогда Власов не решился перечить разгневанной супруге, но теперь, когда «своей честной работой, борьбой» заслужил прощение, он доходчиво разъясняет супруге, что имеет право надеяться на её верность.
Интересно, что особенно сильный приступ ревности к законной супруге Ане Власовой овладел генералом, когда он, с нетерпением ожидая разрешения от беременности Али Подмазенко, ласкал в постели Машу Воронову.
«Ты для меня всегда была святая, — написал он законной супруге 2 февраля 1942 года. — И сейчас надеюсь и уверен, что в эти дни, когда мы переживаем опасность ежеминутно, ты всегда и всюду будешь только моя, и больше ничья».
С юношеской пылкостью сорокалетний генерал - лейтенант требует от жены «немедленного» ответа:
«Напиши мне скорее искренно — по-прежнему ли любишь меня крепко и глубоко. Я только этого одного и хочу от тебя теперь услышать. Больше мне ничего не нужно. Итак, ответы жду немедленно».
По-видимому, письма жены не убедили Власова в крепости и глубине её любви, и подозрения вспыхнули в нём с новой силой.
Повод для подозрений комсоставовскому Отелло дал обратный адрес супруги.
С завидной настойчивостью, из письма в письмо, допытывается Власов, почему жена не даёт ему адреса, по которому проживает на станции «Сорочинская», а принуждает писать «До востребования»…
— из книги Николая Коняева - «Генерал из трясины. Судьба и история Андрея Власова. Анатомия предательства»
