Окончательно решил превратится в овоща / выпивоху, которого отправят не в Ленинград, а в Президенты ?

Едут в поезде русская (р), француженка (ф) и американка (а).

Француженка немного говорит по-русски, а американка по-французски.

Американка потеряла часы, спрашивает у француженки, не брала ли она их. Ф говорит, что не брала, спрашивает у Р.

Р. отвечает: «Очень они мне нужны!».

Ф. говорит А., что её часы русской нужны и она взяла их.

А. говорит: «Скажи ей, чтоб вернула», Ф. передает это Р…

Р. говорит: «Здравствуйте, я ваша тётя!».

Ф.: «Она говорит, она ваша близкая родственница!»

А. говорит: «Нет у меня родственников в России, все мои предки родом из Западной Европы. Если она не хочет их отдавать, пусть даёт 500 $!»

Ф. переводит это Р., на что та отвечает: «А ни хрена ей больше не надо?!»

Ф. говорит А.: «Я не совсем поняла, но вроде у неё нет денег и она хочет расплатиться овощами».

                                                                                                                                                                                                Автор: неизвестен

Глава. Пьянство Чарли тоже стало проблемой, и Элис признаётся своей властной свекрови Присцилле (которую все зовут «Мэйдж»), что подумывает о разводе.

— Присцилла, я не считаю пристрастие Чарли к выпивке его отличительной чертой. Возможно, в Вашингтоне это не так заметно, как когда живёшь с ним в одном доме, но он... — я замялась, но потом всё же сказала. — Он пьёт почти каждый вечер. Он алкоголик.

Присцилла не отреагировала так, будто я сделал какое-то открытие.

Она спросила: «Как ты думаешь, кто в этом виноват?»

— Если вы намекаете, что я виновата в том, что Чарли пьёт, то я возражаю. Он уже взрослый...
— Позвольте спросить. Чем вы занимаетесь?

— Я не понимаю.
— Разумеется, нет. Вы домохозяйка, моя дорогая. Ваш долг — следить за тем, чтобы в доме всё шло своим чередом. Как вы думаете, чей доход позволяет вам позволить себе роскошь сидеть дома?

— Присцилла, я же не сижу сложа руки, поедая конфеты и смотря мыльные оперы. Но если я тебя разочаровал, прости.
— О, я не удивлена, — сказала Присцилла. — Боже правый, я ждала этого дня больше десяти лет. Все знали, что ты вышла замуж за простолюдина.

... У меня голова шла кругом: неужели все Блэкуэллы считали Чарли некомпетентным и глупым?

Неужели все?

И раз так, значит, и я была некомпетентной и глупой, раз вышла за него замуж?

В этот момент я почувствовала, что должна защитить Чарли: если у него и была склонность к бахвальству и распущенности, то и у Артура тоже.

Чарли не был ни младшим в семье, ни идиотом.

— Неважно, почему ты хочешь расторгнуть брак, — говорила Присцилла. — Я могу представить себе десяток причин, и, честно говоря, ни одна из них не очень интересна. Никто не станет спорить, что ты умнее и утонченнее Чарли, но ты была умнее и утонченнее его в тот день, когда вы познакомились. На данный момент это твоя проблема. Не его и уж точно не моя. Но у вас общий дом и, что ещё важнее, общая дочь. Если вы не смогли дать ей братьев и сестер, то, по крайней мере, вы можете дать ей двух родителей.

Я так и не понял, были ли это самые содержательные разговоры в моей жизни, самые оскорбительные, и то и другое одновременно или ни то ни другое.

Глава. В конце, после того как Чарли становится президентом и подавляет протесты, Элис даёт себе отчёт в своих поступках.

Что касается тех, кто ненавидит меня за то, что они ненавидят Чарли, то мне интересно: в какой момент, по их мнению, я должна была что-то сделать и что именно?

Не должна ли я была не выходить за него замуж? Не должна ли я была отговаривать его от пьянства?

(«Джим Бим и я, мы оба хороши» — вот что я должна была сказать?)

Когда он сказал мне, что хочет баллотироваться на пост губернатора, а я ответила, что предпочла бы, чтобы он этого не делал (хотя я по глупости думала, что это лучше, чем стать конгрессменом или сенатором, — по крайней мере, мы останемся в Висконсине),

— когда он решил, несмотря на моё мнение, что он всё - таки будет баллотироваться, — должна ли я была уйти от него?

Должна ли я была остаться с ним, но не поддерживать его кандидатуру?

Должна ли я была открыто заявить общественности, что мои взгляды расходятся с его?

Стоило ли мне уйти от него, когда он, вопреки моему желанию, решил баллотироваться в президенты?

Любой, кто состоял в браке, особенно если брак длится несколько десятилетий, знает, что союз — это череда компромиссов.

Судить о компромиссах, на которые я шла, легко, находясь вдали от них.

... Я смотрела на машины и пешеходов, мимо которых проезжали наши кортежи, и думала:

«Я всего лишь вышла за него замуж. Это вы дали ему власть.»

                                                                                                                   -- из романа Кертиса Ситтенфельда - «Американская жена»

( кадр из фильма «Стиляги» 2008 )

Извините, он куда - то убежал

Ты себя от меня отлучала,
Не давая надежд впереди.
И задумчиво так мне сказала:
- Я в себе разберусь. Ты иди.

И ушёл. Шёл, как есть, неумелый,
Ведь понятно - что должен уйти,
Обрывался на дно, и горел я,
Но не сгинул на этом пути.

И всё думал, за что же мне это?
Как до жизни такой я дошёл?
Так и брёл, ни покоя, ни света,
Падал в ямы, карабкался, шёл.

Вот, стою у дверей твоих снова,
Но не знаю, что ждёт впереди.
Может, встретишь меня добрым словом:
- Ты вернулся? Скорее, входи!

                                                                    От тебя к тебе
                                                                 Автор: Андрей Ави

ГЛАВА. БАЛЬДР ( ФРАГМЕНТ  )

Как только я положил трубку, раздался звонок в дверь.

Выглянув в глазок, я увидел двух человек в чёрном. В руках у них были тёмные акушерские саквояжи.

— Кто там? - спросил я.
— Бальдр, - сказал один голос, густой и низкий.
— Иегова, - добавил другой, потоньше и повыше.

Я открыл дверь.

Стоявшие на пороге напомнили мне пожилых отставников откуда - нибудь из ГРУ - румяных спортивных мужиков, которые ездят на приличных иномарках, имеют хорошие квартиры в спальных районах и собираются иной раз на подмосковной даче бухнуть и забить козла.

Впрочем, нечто в блеске их глаз заставило меня понять, что этот простецкий вид - просто камуфляж.

В этой паре была одна странность, которую я ощутил, когда увидел их.

Но в чём именно она состоит, я понял только тогда, когда Бальдр и Иегова стали приходить поодиночке.

Они были одновременно и похожи друг на друга, и нет.

Когда я видел их вместе, между ними было мало общего.

Но, встречая их по отдельности, я нередко путал их, хотя они были разного роста и не особо схожи лицом.

Бальдр был учителем гламура. Иегова - учителем дискурса.

Полный курс этих предметов занимал три недели.

По объёму усваиваемой информации он равнялся университетскому образованию с последующей магистратурой и получением степени Ph.D.

Надо признаться, что в то время я был бойким, но невежественным юношей и неверно понимал смысл многих слов, которые, как мне казалось, знал.

Я много раз слышал термины "гламур" и "дискурс", но представлял их значение смутно: считал, что "дискурс" - это что-то умное и непонятное, а "гламур" - что-то шикарное и дорогое.

Ещё эти слова казались мне похожими на названия тюремных карточных игр.

Как выяснилось, последнее было довольно близко к истине.

Когда процедура знакомства была завершена, Бальдр сказал:

— Гламур и дискурс - это два главных искусства, в которых должен совершенствоваться вампир. Их сущностью является маскировка и контроль - и, как следствие, власть. Умеешь ли ты маскироваться и контролировать? Умеешь ли ты властвовать?

Я отрицательно покачал головой.

— Мы тебя научим.

Бальдр и Иегова устроились на стульях по углам кабинета. Мне велели сесть на красный диван.

Это был тот самый диван, на котором застрелился Брама; такое начало показалось мне жутковатым.

— Сегодня мы будем учить тебя одновременно, - сказал Иегова. - Знаешь почему?

Я отрицательно покачал головой.

— Потому что гламур и дискурс - на самом деле одно и то же, - сказал Бальдр.
— Да, - согласился Иегова. - Это два столпа современной культуры, которые смыкаются в арку высоко над нашими головами.

Они замолчали, ожидая моей реакции.

— Мне не очень понятно, о чём вы говорите, - честно сказал я. - Как это одно и то же, если слова разные?

— Они разные только на первый взгляд, - сказал Иегова. - "Glamour" происходит от шотландского слова, обозначавшего колдовство. Оно произошло от "grammar", а "grammar", в свою очередь, восходит к слову "grammatica". Им в средние века обозначали разные проявления учёности, в том числе оккультные практики, которые ассоциировались с грамотностью. Это ведь почти то же самое, что "дискурс".

Мне стало интересно.

— А от чего тогда происходит слово "дискурс"? - спросил я.
— В средневековой латыни был термин "discursus" - "бег туда - сюда","бегство вперёд - назад".

Если отслеживать происхождение совсем точно, то от глагола "discurrere".

"Currere" означает "бежать", "dis" - отрицательная частица.

Дискурс - это запрещение бегства.

— Бегства от чего? - спросил я.
— Если ты хочешь это понять, - сказал Бальдр, - давай начнём по-порядку.

Он наклонился к своему саквояжу и достал какой-то глянцевый журнал.

Раскрыв его на середине, он повернул разворот ко мне.

— Всё, что ты видишь на фотографиях - это гламур. А столбики из букв, которые между фотографиями - это дискурс. Понял?

Я кивнул.

— Можно сформулировать иначе, - сказал Бальдр. - Всё, что человек говорит - это дискурс…
— А то, как он при этом выглядит - это гламур, - добавил Иегова.
— Но это объяснение годится только в качестве отправной точки… - сказал Бальдр. -…потому что в действительности значение этих понятий намного шире, - закончил Иегова.

Мне стало казаться, что я сижу перед стереосистемой, у которой вместо динамиков - два молодцеватых упыря в чёрном.

А слушал я определённо что-то психоделическое, из шестидесятых - тогда первопроходцы рока любили пилить звук надвое, чтобы потребитель ощущал стереоэффект в полном объёме.

— Гламур - это секс, выраженный через деньги, - сказал левый динамик. - Или, если угодно, деньги, выраженные через секс.
— А дискурс, - отозвался правый динамик, - это сублимация гламура.

Знаешь, что такое сублимация?

Я отрицательно покачал головой.

— Тогда, - продолжал левый динамик, - скажем так: дискурс - это секс, которого не хватает, выраженный через деньги, которых нет.

— В предельном случае секс может быть выведен за скобки гламурного уравнения, - сказал правый динамик. - Деньги, выраженные через секс, можно представить как деньги, выраженные через секс, выраженный через деньги, то есть деньги, выраженные через деньги. То же самое относится и к дискурсу, только с поправкой на мнимость.

— Дискурс - это мерцающая игра бессодержательных смыслов, которые получаются из гламура при его долгом томлении на огне чёрной зависти, - сказал левый динамик.
— А гламур, - сказал правый, - это переливающаяся игра беспредметных образов, которые получаются из дискурса при его выпаривании на огне сексуального возбуждения.
— Гламур и дискурс соотносятся как инь и ян, - сказал левый.
— Дискурс обрамляет гламур и служит для него чем-то вроде изысканного футляра, - пояснил правый.
— А гламур вдыхает в дискурс жизненную силу и не дает ему усохнуть, - добавил левый.
— Думай об этом так, - сказал правый, - гламур - это дискурс тела…
— А дискурс, - отозвался левый, - это гламур духа.

— На стыке этих понятий возникает вся современная культура, - сказал правый. -…которая является диалектическим единством гламурного дискурсА и дискурсивного гламурА, - закончил левый. /при наборе - "дискурсА" - заменить на "дискурса" с ударением на последнем "а". Так же и с "гламурА"/

Бальдр с Иеговой произносили "гламурА" и "дискурсА" с ударением на последнем "а", как старые волки - эксплуатационники, которые говорят, например, "мазутА" вместо "мазута".

Это сразу вызывало доверие к их знаниям и уважение к их опыту.

Впрочем, несмотря на доверие и уважение, я вскоре уснул.

                                            -- из роман Виктора Пелевина «Empire V» («Ампир „В“. Повесть о настоящем сверхчеловеке»)

( кадр из фильма «Осенний марафон» 1979 )

Мой друг домашний Интернет. История № 3 На чужой земле Твой незнакомый мужчина

Тот не знает в службе толку,
Это хуже, чем позор,
Кто не разу в самоволку
Не сигал через забор.
Скажу больше, это дело
Настоящих мужиков.
Действовать тут нужно смело,
Так сказать, без дураков.
Ведь нужны для самохода
И смекалка, и расчёт,
Но желанная свобода
Стоит нервов и забот.
Ждут в награду за забором:
И девчонки, и вино,
И кабак, тебя в котором,
Знают все давным-давно.
Пусть сидят, как на иголке
Старшина и замполит:
Если ты уж в самоволке –
Действуй, как душа велит.
Оттянись на всю катушку,
Ведь семь бед – один ответ..

                                                         Самоволка (отрывок)
                                            Автор: Сергей Вохмянин Аркадичъ

Vperedy Parovoza soundtrack

Глава 3

Беда ещё в том, что женщина всегда форсирует события.

Как говорит её дочь, «бежит впереди паровоза».

Вот и в этот раз, ей захотелось взглянуть на своего будущего мужа, и дама приглашает его приехать в гости.

Жених быстро соглашается, уже известна и дата прилёта.

Вот тут-то и начинается самое интересное.

Я со скоростью молнии передаю электронное письмо, что он опрометчиво оставил и деньги, и карточки в багаже, а багаж конфисковали, т. к. в нём были какие-то запрещённые к перевозке вещи.

И денег нет, и друзей нет, и оказывается, он типа «в самоволке», и командир части ничего не знает, и сын помочь не может, он где-то на практике.

И надо всего-то 500 долларов для благополучного разрешения ситуации.

Спектакль разыгран чётко, как по нотам. Чувствуется рука талантливого режиссёра.

Отказаться невозможно, следуют упрёки и обвинения.

Марии бы сейчас задуматься над этой ситуацией.

Зачем нужен чужой незнакомый мужчина с проблемами, который норовит решить их за счёт женщины?

Но нет, Мария идёт в банк, берёт кредит и отправляет деньги жениху.

И он, якобы благополучно возвращается в Афганистан.

Отношения продолжают развиваться дальше.

Причём всё правдоподобно, вот он пишет, что на дипломатический район Кабула было совершено нападение талибов и есть жертвы.

И он принимал участие в этом бою.

И как, в подтверждение этого, по телевизору показывают сюжет про нападение.

Что остаётся делать мне, бедному свидетелю происходящего?

Ведь Марию никто не принуждает. Она всё делает добровольно.

Так почему же во всех грехах обвиняют меня?

                                                                                                                                                                                 Страсти по интернету (отрывок)
                                                                                                                                                                                        Автор: Татьяна Озерова

( кадр из фильма «Неуловимые мстители» 1966 )

Наш народ - певун расейский

Его и пуля не берёт,
И песня не берёт!
Так и стою, раскрывши рот:
«Народ! Какой народ!»

Народ — такой, что и поэт —
Глашатай всех широт, —
Что и поэт, раскрывши рот,
Стоит: такой народ!

                                                   «Народ» (отрывок)
                                               Автор: Марина Цветаева

Беду и корова чуяла – никак не хотела выходить из сараюшки, как ни тянул за верёвку уполномоченный.

Второй представитель власти, бывший с ним, вытянул корову хворостиной – и она боком - боком, нехотя потянулась за чужим человеком, уводящим её.

Тётка Остапенчиха, охрипшая от причитаний, неузнаваемо распухшая от слёз, тигрицей кинулась на уполномоченного (и это она-то, тихая всегда и бессловесная, и мухи не могущая обидеть). Ухватилась судорожно за верёвку, сдавленно крикнула:

- Не отдам! Не отдам, изверги, хоть убивайте тут меня.

Убивать её не стал никто, да и нужды не было – уполномоченный так рванул верёвку (силёнки-то не занимать, здоровенный мужичина, с бугаиной толстенной шеей, с ручищами - лопатами), что Остапенчиха, винтом на месте провернувшись, отлетела в сторону и упала.

По коровьим бокам опять прогулялась хворостина, уполномоченный натянул верёвку – и корова, кося испуганным взглялом на упавшую и голосящую хозяйку, стараясь, насколько позволяла длина верёвки, обойти её стороной, тронулась за ним.

Милиционер, стоявший в сторонке и вид делавший, что всё происходящее не касается его, выступил из толпы, заспешил по улице.

За ним следом – уполномоченный с коровой, и позади – помощник его, с преувеличенным старанием размахивавший хворостиной.

Отойдя немного, уполномоченный обернулся, сказал что-то (смешное, наверное) помощнику, и оба грубо захохотали.

Остапенчиха, ползущая следом за кормилицей своей и бессильно, на одной ноте, воющая, остановилась, услышав смех, ткнулась растрепанной головой в пыль, замерла.

К ней бросились дети (трое их у неё, мал - мала меньше), тоже ударились в рёв.

Соседки подняли, увели Остапенчиху в хату.

Молчаливая толпа долго ещё не расходилась от двора Остапенчихи.

Кое - кто переговаривался негромко (будто при покойнике), сочувствовали, делились и своими горестями.

Оно ведь как: сегодня – Остапенчиха, через день - два, глядишь, и к тебе беда припожалует.

Кончилась война, а добра что-то как не было – так и не видать.

Будто и хуже ещё стало, туже и туже власть начала «гайки затягивать».

Уж и до этого теперь дошло – последнюю коровку со двора сводят..

                                                                                                                                                                           КРИК В НОЧИ (ОТРЫВОК)
                                                                                                                                                                     Автор: Николай Коновалов 2