Удержи пусть даже нелюбовь
Удержи на краю, удержи у черты,
За которою ждёт нелюбовь,
Пусть с тобою наш путь – не мечты, не цветы,
А осколки растерзанных снов.
Пусть с тобою наш путь – всё полынь, лебеда,
Всё запутано, не расплести,
Удержи у черты, за которой беда,
В равнодушие не отпусти.
Там холодный закат, там ненастный рассвет,
Берег пропасти вместо «прости».
Не заставь меня вымолвить горькое «нет»,
В нелюбовь меня не отпусти,
Можешь взглядом одним, можешь вовсе без слов,
Но, пожалуйста, только без лжи.
Не хочу в этот путь – из любви в нелюбовь.
Удержи на краю, удержи.
Удержи
Автор: Надежда Мохина
ЮРИЙ САРАНЦЕВ. «ЗУБЫ ЗАГОВАРИВАЕТ» (ФРАГМЕНТ КИНОКОМЕДИИ «ТРИДЦАТЬ ТРИ»).
Глава. XXXIV ( Фрагмент )
Пепко достал из кармана целую пачку вырезок из газет, в которых описывались всевозможные турецкие зверства над беззащитными.
По свойственному Пепке деспотизму он заставил меня выслушать весь этот материал, рассортированный с величайшей аккуратностью: зверства над мужчинами, зверства над женщинами, зверства над детьми и зверства вообще.
В нужных местах Пепко делал трагические паузы и вызывающе смотрел на меня, точно я только что приготовился к совершению какого - нибудь турецкого зверства.
— Вася, пойдём вместе, — закончил Пепко, бережно укладывая драгоценные материалы. — Ей - богу… А то ведь исподличаешься, очерствеешь, заржавеешь.
— Ты забываешь, что я только что начал поправляться. Кстати, что Анна Петровна?
— Пока она ничего не знает… Я ей который день читаю о зверствах. Знаешь, нужно подготовить постепенно. Только, кажется, она не из тех, которые способны признавать чужие горести. Она эгоистка, как ты и как все вы. Она, во всяком случае, не понимает моего настроения, а настроение — всё.
— Ещё один нескромный вопрос: что Любочка? Она перед отъездом на дачу приходила ко мне…
— Она, конечно, разыскала меня в Заманиловке и устраивает мне скандалы. Придёт к даче, сядет на лавочку и сидит целый день… Знаешь, это хуже всего. Моя Анна Петровна пилит - пилит меня… А при чём же я тут?.. Могу сказать, что женщины в нравственном отношении слишком специализируются. Да и какая это нравственность…
— И вдруг ты уезжаешь добровольцем, избавляясь разом от двух бед: не будет сидеть Любочка против дачи, и не будет пилить Анна Петровна… Это недурно…
— К сожалению, ты прав… Подводная часть мужской храбрости всегда заготовляется у себя дома. Эти милые женщины кого угодно доведут до геройства, которому человечество потом удивляется, разиня рот. О, как я теперь ненавижу всех женщин!.. Представь себе, что у тебя жестоко болит зуб, — вот что такое женщина, с той разницей, что от зубной боли есть лекарство, больной зуб, наконец, можно выдернуть.
Пепко начал просто одолевать меня своим добровольческим настроением, и не проходило двух дней, чтоб он не тащил меня в «Розу» поделиться новыми зверствами.
Дома Андрей Иваныч тоже читал жене о зверствах, так что я сам готов был превратиться в башибузука (*).
Дело дошло до того, что Пепко и Андрей Иваныч соединились и принялись вместе устраивать в Шувалове какие-то герцеговинские вечера.
Нужно заметить, что Аграфена Петровна относилась к Пепке как-то подозрительно и до сих пор не могла примириться с его ролью зятя.
Для меня это было задачей.
В последнее время Пепко начал приходить к нам, но старался не попадаться Аграфене Петровне на глаза.
— Ты её боишься? — спросил я его однажды.
— Агриппины? О да… Недостаёт, чтобы ещё она бросилась мне на шею. Будет. Довольно… Я презираю всех женщин.
Относительно герцеговинских вечеров Аграфена Петровна составила себе сейчас же своё собственное мнение.
— Два дурака сошлись, — коротко объяснила она. — Ещё мой-то Андрей Иваныч поумнее будет… Он хлопочет для Анжелики, чтобы её на публику выставить билетёршей или благотворительной продавщицей. А Пепко сам не знает, чего хочет. Удивляюсь я сестре Анюте…
Аграфена Петровна обыкновенно не договаривала, чему она удивляется, и только строго подбирала губы.
Вообще это была странная женщина.
Как-то ни с того ни с сего развеселится, потом так же ни с того ни с сего по-бабьи пригорюнится.
К Андрею Иванычу она относилась, как к младенцу, и даже входила в его любовные горести, когда Андрей Иваныч начинал, например, ревновать Анжелику к какому-то офицеру.
— Это она тебя подвинчивает, — объясняла Аграфена Петровна. — Все женщины так делают, когда начинают сомневаться в мужчине… Значит, Анжелика дорожит тобой.
— Ты в этом уверена, Агриппина?
— Спроси кого угодно… Даже Василий Иваныч понимает, а тебе-то стыдно не знать таких пустяков.
— из романа Дмитрия Наркисовича Мамина - Сибиряка - «Черты из жизни Пепко»
___________________________________________________________________________________________________________________________________________________________
(*) Дома Андрей Иваныч тоже читал жене о зверствах, так что я сам готов был превратиться в башибузука - Башибузук — название иррегулярных военных отрядов в Османской империи. С турецкого слово переводится как «сорви - голова». В переносном значении — грубый, необузданный, жестокий человек.
____________________________________________________________________________________________________________________________________________________________
( кадр из фильма «Тридцать три» 1965 )




