Омовение по пути в Царствие Небесное

Омовение по пути в Царствие Небесное - Заимственно - Х/Ф «Петя по дороге в Царствие Небесное» ( 2009 )

А вот раньше… а вот раньше…
Раньше было хорошо !
А сейчас - не то, что раньше
Всё не так, и всё не то

                                             А вот раньше... (цитата)
                                                Автор: Арина Гюнтер

Чисто русские присловья: Поживём — увидим!

Посмотрим, а вперёд загадывать нечего — составляют суть нашего отношения к грядущему в го­товности к любым невзгодам и трудностям.

Такой готовности, что легко себя утешаем в беде: нет худа без добра.

Мы предупреждаем самодовольство ближних, у которых «жизнь удалась»: от сумы да от тюрьмы не зарекайся.

Мы твёрдо знаем, что любая палка о двух концах: либо ты меня, либо я тебя, и бабушка у нас, ворожа о будущем, говорит всегда надвое: то ли бу­дет, то ли нет.

И всё же, хоть завтрашнему дню верить возбраняется, имен­но он является главным устремлением русского человека, легко расстающе­гося с прошлым и пренебрегающего настоящим.

Замечательно в русской картине времени и то, что будущее мечтается нам непременно светлым.

Причём модель светлого будущего строится в со­поставлении с прошлым и настоящим.

Тяготы и беды насущного дня в рус­ском представлении столь многочисленны, что у нас вошло в привычку хулить сегодняшний день, сравнивая его с прошедшим веком:

Деды наши жива­ли — мёд, пиво пивали, а внуки живут — и хлеба не жуют; прежде жили — не тужили, теперь живём — не плачем, так ревём; деды не знали беды, да внуки набрались муки.

Убеждение, что прежде мир был лучше, выска­зывается не только в ворчании стариков, но и картина мира молодого поко­ления хранит спасительную для нации установку.

Именно поэтому в русском языке существует формула идеальной модели будущего, в основе которого заложено наследие предков:

Было бы начало, будет и конец; была бы нит­ка, дойдём и до клубка; были ли бы бобры, а ловцы будут; был бы лес, а топор сыщем; был бы бык, а мясо будет; был бы мешок, а деньги бу­дут.

Будущее в подобной русской формуле непременно венчается успехом.

Но для успешности действия русскому человеку естественно преодолевать препятствия и побивать врагов, без чего невозможна победа, в том числе и над самим собой

— своей трусостью, ленью, нерасторопностью, над бес­смысленностью собственной жизни.

Вот откуда рождаются парадоксальные русские надежды на препятствия, ведущие нас к самоутверждению:

Была бы собака, а палку найдём; была бы шея, а хомут найдётся; был бы крюк, а верёвку сыщем.

Цепляясь, как за якорь, за трудности и беды, русский человек упорно за­клинает свою непременную победу над ними:

Была бы собака, а палка бу­дет.

                                                                                                                                                                 На том свете отдохнём (отрывок)
                                                                                                                                                                             Автор: Алексей Адашев

Звёздные Вереницы Бесконечных Сказок

… Не обрывается сказка концом.
Помнишь, тебя мы спросили вначале:
Что остаётся от сказки потом -
После того, как её рассказали?
Может, не всё, даже съев пирожок,
Наша Алиса во сне разглядела.
А? Э… Так-то, дружок,
В этом-то всё и дело.

                                                                Песня Кэрролла (отрывок)
                                                                Автор: Владимир Высоцкий

Ваня Дмитриенко, Аня Пересильд - Силуэт (OST «Алиса в Стране Чудес») (Mood Video)

Наряди меня в платье из роз,
Унеси на качелях воздушных,
И букетик мерцающих звёзд
Закрепи в волосах непослушных.

Расстели мне ковёр из цветов,
Собери из улыбок букеты,
Спой мне песню из ласковых слов
И укрась её солнечным светом.

Сделай бусы из капель росы.
Улыбнись и одень на запястье
Из ромашек такие часы,
Чтоб не время считали, а счастье.

Отыщи меня в кружеве снов
И укрой одеялом из радуг.
Поцелуй твой средь этих даров
Будет лучшей твоею наградой.

Пусть не станет печалей и слёз,
Будет с радости день начинаться,
Пусть не будет несбыточных грёз -
И мы будем от счастья смеяться!

                                                                        Дары любви
                                                           Автор: Нина Сиволапова

( кадр из фильма  «Алиса в Стране Чудес» 2025 )

В неповторимой лёгкости

И был он лёгким.
Будто лишь касался,
Как будто всё не открывал, -
а знал. А что он знал?
Что снег блестит в оконце.
Что вьюга воет. Дева сладко спит.
Что в пасмурные дни есть тоже солнце
Оно за тучей
греет и горит.
Что есть тоска,
но есть простор для страсти,
Стихи
и уцелевшие друзья,
Что не теперь, так после будет счастье,
Хоть нам с тобой надеяться нельзя.
Да! Жизнь — мгновенье,
и она же — вечность.
Она уйдёт в века, а ты — умрёшь,
И надо сразу жить —
и в бесконечном,
И просто в том,
в чём ты сейчас живёшь. Он пил вино и видел свет далёкий.
В глазах туман, а даль ясна… ясна…

                                                                                                                  Лёгкость (отрывок)
                                                                                                                 Автор: Наум Коржавин

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ  ( ФРАГМЕНТ )

Сын скромного провинциала, торговавшего галантереей, Морис Лансье юношей приехал из тихого Ниора в Париж: отец хотел вывести его в люди.

Морис поступил в Политехническую школу, кое - как сдавал зачёты, а всё свободное время посвящал поэзии.

Он купил шляпу с непомерно широкими полями и, презрев галстуки, обматывал шею турецким фуляром (*).

На деньги, полученные от отца, озабоченного гардеробом Мориса, он отпечатал первый и последний номер журнала «Клевер Гермеса», где, кроме его поэмы, была помещена статья молодого анархиста, ставшего впоследствии крупным импортёром хлопка.

Морис нравился девушкам, но был застенчив и дальше стихов или беглых поцелуев не шёл.

На балу у некоей госпожи Лефор, слывшей меценаткой, он познакомился с дочерью промышленника Роша.

Нельзя было назвать Марселину красавицей, но была в ней прелесть непосредственности, своеобразие.

Она презирала знакомых отца, родню, сверстниц за их преклонение перед деньгами; одинокая, она жила в мире вымысла.

Лансье её тронул поверхностными, но искренними фантазиями, любовью к поэзии, бескорыстностью; она его полюбила.

Рош решительно восстал против брака; не ограничиваясь увещеваниями и проклятьями, он запер дочь в загородной вилле.

Вскоре после этого среди ночи в скромную комнатушку, где проживал Морис, ворвалась Марселина без шляпы, растрёпанная, одетая в чужое, чересчур длинное платье.

Морис был и обрадован и перепуган; он целовал девушку и, целуя, уговаривал вернуться к родителям — это был человек чувствительный, но слабовольный.

Решила всё Марселина: она повесила своё платье на гвоздик и осталась; утром она побежала за хлебом и молоком, как будто делала это всю жизнь.

Рошу пришлось в конце концов уступить — дочка у него была одна, и, когда жена сказала, что вскоре он станет дедушкой, старик, расчувствовавшись, примирился с «шелопаем».

Закончив институт, Лансье стал работать на заводе тестя, стихов больше не писал и постепенно втянулся в дело.

Год спустя началась война.

Лансье считал себя малодушным — боялся тестя, пересудов, клиентов.

Но воевал он неплохо, получил «боевой крест».

Война осталась в его воспоминаниях чем-то возвышенным; он забыл не только грязь, вшей, свист немецких «чемоданов», но даже смерть товарищей;

в памяти остались прекрасные минуты — его полк входит в Лилль, девушки кидают цветы, целуют солдат, в «Ля пресс» — портрет отважного сержанта Мориса Лансье, за четверть часа до атаки в поле поёт жаворонок…

Лансье был уверен, что война не может повториться, так же как он был уверен, что никто теперь не умеет ни писать стихи, ни безрассудно влюбляться — всё пережитое им он считал неповторимым.

                                                                                                                                            -- из  романа Ильи Григорьевича Эренбурга - «Буря»
__________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

(*) обматывал шею турецким фуляром - Фуляр (фр. foulard от фр. fouler — «топтать, валять») — лёгкая и мягкая ткань. Изначально фуляр — шёлковая, позднее также шерстяная и хлопчатобумажная ткань.

Бесноватые

«Безумие — это наша гибель»;
«Безумие — это наша победа»;
«Безумие — это наша свобода»;
«Безумие — это наше проклятие»;
«Безумие — это наша жизнь»;
«Безумие — это наша музыка»;
«Безумие — это наше оружие»;
«Безумие — это наша сила»;
«Безумие — это наша единственная истинная сущность»

                                                                      Часть  цитат из цикла «Безумие — это ... » Х/Ф «Бесноватые» (1974)

Должно быть, бог творил в депрессии,
когда в божественный замес
он капнул капельку агрессии,
в которой поселился бес.

Скорее творческим, чем прибыльным,
задумывалось всё в уме.
со скоростью, для жизни гибельной
неслась вселенная во тьме.

Чтоб всё живое не калечилось,
задуман рай был - без любви.
Так появилось человечество,
замешанное на крови.

И, как продукты бакалейные,
напрасно, знать, оно росло,
швырнули в топку поколение,
заточенное на бабло.

Пора б сбросить каски,
раскрыв в небо крылья.
Пора б сделать сказку
не прибылью - былью.

Нашей с краю хатою
на войну мы ловимся.
Мы же бесноватые.
Мы не остановимся.

                                                    Бесноватые
                                     Автор: Сосновский Викторъ

( кадр из фильма «Бесноватые» 1974 )