Такая - сякая сбежала из дворца ( © )
Я оставила на полке пудру, кольца,
Разложила туфли, платья по шкафам.
Не судите же порывы добровольца
Убежать по перевязанным шарфам.
Мне так тесно в перетянутых нарядах,
Так мне обувь бриллиантовая жмёт.
Постоянно слышен смех мой на обрядах,
Постоянно пью из банки редкий мёд.
Постоянно перерезаны канаты
На качелях, что опасны для принцесс.
Пусть я вовсе не волнуюсь за затраты,
Но ворота на замках приводят в стресс.
Я сбежала из дворца (отрывок)
Автор: Наташа Штейнер
Какое-то время мы действительно пробовали интерпретировать отношения «ГОЛЕМ – люди» по образцу отношений «взрослый – ребёнок».
Ведь при попытках объяснить ребёнку нечто для нас важное мы нередко испытываем ощущение «скверного контакта».
Человек, обречённый жить среди одних только детей, в конце концов ощутил бы чувство мучительного одиночества.
Такие аналогии предлагались (особенно часто – психологами) для объяснения положения ГОЛЕМА среди людей.
Но эта аналогия, как и любая другая, имеет свои границы.
Бывает, что взрослый не понимает ребёнка, но ГОЛЕМУ такие проблемы неведомы.
Он, если захочет, способен проникнуть в самое нутро собеседника.
Испытываемое при этом ощущение – как будто твой ум просвечивается насквозь – просто ошеломляет.
Дело в том, что ГОЛЕМ может смоделировать склад ума своего собеседника и с помощью этой «следящей системы» предугадать, что тот подумает и скажет через добрых несколько минут.
Правда, так он поступает редко (не знаю, только ли потому, что знает, как угнетает нас это псевдотелепатическое зондирование).
Другое проявление сдержанности ГОЛЕМА обиднее для нашего достоинства: общаясь с людьми, он (в отличие от того, что было вначале) соблюдает своего рода осторожность ; как дрессированный слон должен следить за собой, чтобы, играя с человеком, не причинить ему вреда, так и ГОЛЕМ старается не выходить за пределы нашего понимания.
Потеря контакта из-за внезапного возрастания сложности его высказываний (мы называем это «улетучиванием» или «бегством» ГОЛЕМА) была обычным явлением, пока он не освоился с нами лучше.
Это уже прошлое; но в общении ГОЛЕМА с нами появилось какое-то безразличие, вызванное сознанием того, что многие мысли, наиболее важные для него, он всё равно не сумеет до нас донести.
Поэтому он остаётся непостижимым – как разум, а не только как психоническая конструкция, и общение с ним оказывается не только захватывающим, но и мучительным.
Недаром существует категория высокообразованных людей, которых беседы с ГОЛЕМОМ выбивают из колеи; тут нами тоже накоплен немалый опыт.
-- фрагмент из философско - фантастической повести польского писателя - фантаста и философа Станислава Лема - «Голем XIV»
( кадр из фильма «Ночь в музее 2» 2009 )

