Напрасно плачете по мне ( © )
Женюсь, женюсь.
Какие могут быть игрушки!
И буду счастлив я вполне.
Но вы, но вы, мои вчерашние подружки,
Мои вчерашние подружки,
Напрасно плачете по мне.
Не плачьте сердце раня,
Смахните слёзы с глаз
Я говорю вам «до свиданья».
Я говорю вам «до свиданья»,
А прощанье не для нас.
Муз. комп. «Женюсь, женюсь. Какие могут быть игрушки!» (отрывок)
Автор слов: Булат Окуджава; Музыка: Исаак Шварц
"Женюсь, женюсь, какие могут быть игрушки..."
Глава XIII ( Фрагмент )
Разумеется, бросились к нему с поздравлениями.
— Поздравляем, князь! поздравляем! — кричали со всех сторон.
— Так вы женитесь?
— Так вы действительно женитесь?
— Миленький князь, так вы женитесь?
— Ну да, ну да, — отвечал князь, чрезвычайно довольный поздравлениями и восторгами, — и признаюсь вам, что мне всего более нравится ваше милое участие ко мне, которое я никогда не забуду, никогда не забуду. Charmant! charmant! / Очаровательно! Очаровательно! (фр.) / вы даже прослезили меня…
— Поцелуйте меня, князь! — громче всех кричала Фелисата Михайловна.
— И, признаюсь вам, — продолжал князь, прерываемый со всех сторон, — я наиболее удивляюсь тому, что Марья Ивановна, наша почтенная хозяйка, с такою необыкновенною проницательностью угадала мой сон. Точно как будто она вместо меня его видела. Необыкновенная проницательность! Необыкновенная проницательность!
— Ах, князь, вы опять за сон?
— Да уж признайтесь, князь, признайтесь! — кричали все, обступив его.
— Да, князь, скрываться нечего, пора обнаружить эту тайну, — решительно и строго сказала Марья Александровна. — Я поняла вашу тонкую аллегорию, вашу очаровательную деликатность, с которою вы старались мне намекнуть о желании вашем огласить ваше сватовство. Да, mesdames, это правда: сегодня князь стоял на коленях перед моею дочерью и наяву, а не во сне, сделал ей торжественное предложение.
— Совершенно как будто наяву и даже с теми самыми обстоятельствами, — подтвердил князь. — Мадмуазель, — продолжал он, с необыкновенною вежливостью обращаясь к Зине, которая всё ещё не пришла в себя от изумления, — мадмуазель! Клянусь, что никогда бы я не осмелился произнести ваше имя, если б другие раньше меня не произнесли его. Это был очаровательный сон, очаровательный сон, и я вдвойне счастлив, что мне позволено вам теперь это высказать. Charmant! charmant!..
— Но, помилуйте, как же это? Ведь он всё говорит про сон, — прошептала Анна Николаевна встревоженной и слегка побледневшей Марье Александровне. Увы! У Марьи Александровны, и без этих предостережений, давно уже ныло и трепетало сердце.
— Как же это? — шептали дамы, переглядываясь одна с другой.
— Помилуйте, князь, — начала Марья Александровна с болезненно искривившеюся улыбкою, — уверяю вас, что вы меня удивляете. Что за странная у вас идея про сон? Признаюсь вам, я думала до сих пор, что вы шутите, но… Если это шутка, то это довольно неуместная шутка… Я хочу, я желаю приписать это вашей рассеянности, но…
— В самом деле, это, может быть, у них от рассеянности-с, — прошипела Наталья Дмитриевна.
— Ну да… может быть, это и от рассеянности, — подтвердил князь, всё ещё не совсем понимая, чего от него добиваются. — И вообразите, я вам расскажу сейчас один анекдот. Зовут меня, в Петербурге, на похороны, так, к одним людям, maison bourgeoise, mais honnête, [мещанское, но порядочное семейство (франц.)] а я и смешал, что на именины. Именины-то ещё на прошлой неделе прошли. Букет из камелий имениннице приготовил. Вхожу, и что ж вижу? Человек почтенный, солидный — лежит на столе, так что я удивился. Я просто не знал, куда деваться с букетом.
— Но, князь, дело не в анекдотах! — с досадою перебила Марья Александровна. — Конечно, моей дочери нечего гнаться за женихами, но давеча вы сами здесь, у этого рояля, сделали ей предложение. Я не вызывала вас на это… Это меня, можно сказать, фраппировало… (*) Разумеется, у меня мелькнула только одна мысль, и я отложила это всё до вашего пробуждения. Но я — мать; она — дочь моя… Вы сами говорили сейчас о каком-то сне, и я думала, вы, под видом аллегории, хотите рассказать о вашей помолвке. Я очень хорошо знаю, что вас, может быть, сбивают… я даже подозреваю, кто именно… но… объяснитесь, князь, объяснитесь, скорее, удовлетворительнее. Так нельзя шутить с благородным домом.
— Ну да, так нельзя шутить с благородным домом, — поддакнул князь бессознательно, но уже начиная понемногу беспокоиться.
— Но это не ответ, князь, на мой вопрос. Я прошу вас отвечать положительно; подтвердите, сейчас же подтвердите здесь, при всех, что вы делали давеча предложение моей дочери.
— Ну да, я готов подтвердить. Впрочем, я всё это уже рассказывал, и Фелисата Яковлевна совершенно угадала мой сон.
— Не сон! не сон! — закричала в ярости Марья Александровна, — не сон, а это было наяву, князь, наяву, слышите ли, наяву!
— Наяву! — вскричал князь, в удивлении подымаясь с кресел. — Ну, друг мой! как ты давеча напророчил, так и вышло! — прибавил он, обращаясь к Мозглякову. — Но уверяю вас, почтенная Марья Степановна, что вы заблуждаетесь! Я совершенно уверен, что я это видел только во сне!
— Господи помилуй! — вскрикнула Марья Александровна.
— Не убивайтесь, Марья Александровна, — вступилась Наталья Дмитриевна. — Князь, может быть, как - нибудь позабыли-с. Они вспомнят-с.
— из повести Фёдора Михайловича Достоевского - «Дядюшкин сон»
_____________________________________________________________________________________________________________________________________________________
(*) Это меня, можно сказать, фраппировало… - Фраппировать — устаревшее слово, которое означает неприятно поразить (поражать), ошеломить (ошеломлять), удивить (удивлять). Происходит от французского frapper — «бить, ударять».
_____________________________________________________________________________________________________________________________________________________
( кадр из фильма «Соломенная шляпка» 1974 )
