Ох, только не говорите ему о женской верности

Обычный человек —
Всего боится!
Боится жить…
Боится умирать…
Боится не влюбиться,
И влюбиться…
Боится наслаждаться,
И страдать…
Боится Темноты…
Боится Света…
Боится быть обычным,
И Иным…
Боится на вопросы —
Знать ответы…
Боится…
И боящимся таким —
Живёт…
До смерти…

                                          Боящийся…
                                 Автор: Евгений Туев

«Красавец - мужчина». Комедия.

Автор: Александр Николаевич Островский

***

Сюжет: Аполлон Окоёмов, «красавец мужчина», женившись на богатой и кроткой девушке Зое, в несколько лет проматывает её состояние и решает поправить свои дела новым выгодным браком. Он предлагает любящей его жене развод, причём просит, чтобы она приняла на себя вину в измене (что по тогдашним законам дало бы право на повторный брак ему, но не ей). Беззаветно преданная Зоя после мучительной борьбы подчиняется воле Окоёмова. Но когда вслед за тем он требует от неё, чтобы она пошла на содержание к другому богатому прожигателю жизни, кроткая женщина возмущается. Лотохин, скупающий все имения своих родственниц, решает разобраться в чём дело, когда его племянница Сусанна, тоже влюблённая в Окоёмова, решает продать своё имение. При участии Сосипатры игра Окоёмова срывается. Рушится и его план женитьбы на купчихе - миллионерше Сусанне Сергеевне Лундышевой. Имя и честь Зои восстановлены. Несмотря на мольбы Окоёмова, Зоя не в силах простить его предательство и вернуться к нему. Примирение возможно только в том случае, если он найдёт в своей душе «хоть что - нибудь доброе и честное».

***

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Зала в доме Окоёмовых, в глубине входная дверь; направо (от актёров) дверь в гостиную, налево – в кабинет Окоёмова; мебели и вся обстановка приличные.

ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ ( ФРАГМЕНТ )
_________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА: ( ПРЕДСТАВЛЕННОЙ СЦЕНЫ )

Аполлинария Антоновна, пожилая дама;
Аполлон Евгеньич Окоёмов, муж Зои Васильевны Окоёмовой, племянницы Аполлинарии Антоновны;
Паша, горничная.

Зоя Васильевна Окоёмова, племянница Аполлинарии Антоновны (не участвует в представленной сцене, но о ней идёт речь).

Фёдор Петрович Олешунин, молодой человек, среднего состояния, землевладелец (участвует впредставленной сцене, но не подаёт реплик).
__________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

Окоёмов и Аполлинария (выходят из двери налево), потом Паша.

Окоёмов. Так вы без меня поживали довольно весело?
Аполлинария. Ну, какое веселье! Не знали куда деться от скуки.

Окоёмов. И за вами никто не ухаживал; может ли это быть?
Аполлинария. За кем «за вами»?

Окоёмов. За женой моей и за вами.
Аполлинария. Да кто же смеет!

Окоёмов. О, если за тем только дело стало, так смелые люди найдутся.
Аполлинария. Как это у вас язык-то поворачивается такие глупости говорить.

Окоёмов. Не понимаю, чего это здесь молодые люди смотрят! Две женщины свободные, живут одни, а молодёжь зевает. Нет, я бы не утерпел.
Аполлинария. Да перестаньте! как вам не стыдно! про меня, пожалуй, говорите что хотите; а про жену не смейте! Она вас уж так любит, что и представить себе невозможно.

Окоёмов. Как это ей не надоест.
Аполлинария. Что «не надоест»?

Окоёмов. Да любить-то меня.
Аполлинария. Ах, что вы говорите! Это невыносимо, невыносимо.

Окоёмов. Ну, люби год, два, а ведь она за мной замужем-то лет шесть, коли не больше.
Аполлинария. Ведь это мужчины только непостоянны; а женская любовь и верность – до гроба.

Окоёмов. Ах, не пугайте, пожалуйста! Что ж вы мне этого прежде не сказали, я бы и не женился.
Аполлинария. Да, понимаю… Вы шутить изволите, милостивый государь. Вам весело, что вы завоевали два такие преданные сердца, как моё и Зои, вот вы и потешаетесь. А я-то разглагольствую.

Окоёмов. Нет, что за шутка! Я серьёзно.
Аполлинария. Ну да, как же, серьёзно! Вы, я думаю, во всю свою жизнь ни разу серьёзно-то с женщинами не разговаривали. Да, впрочем, вам и не нужно, вас и так обожают.

Окоёмов. Так вы, бедные, скучали? Это жаль. Неужели даже Федя Олешунин не посещал вас?
Аполлинария. Вот нашли человека.

Окоёмов. Вы уж очень разборчивы; чем же Федя Олешунин не кавалер! Один недостаток: сам себя хвалит. Да это не порок. Человек милый; я его очень люблю.
Аполлинария. Ну, уж позвольте не поверить. Это такой скучный, такой неприятный господин! А что он про вас говорит, кабы вы знали.

Окоёмов. Да знаю, всё равно; я его за это-то и люблю.
Аполлинария. Он ужас что говорит; он говорит, что женщины не должны обращать внимания на внешность мужчины, не должны обращать внимания на красоту! Да что ж, ослепнуть нам, что ли? Нужно искать внутренних достоинств: ума, сердца, благородства…

Окоёмов. Да, да, да.
Аполлинария. Да скоро ль их найдёшь… Мужчины так хитры… Да и вздор всё это.

Окоёмов. Он правду говорит, правду. Это лучший друг мой. И я прошу вас быть с ним как можно любезнее. И Зое скажите, чтоб она была ласковее с Олешуниным; этим она доставит мне большое удовольствие.
Аполлинария. Вот уж не ожидала.

Окоёмов. Нет, я вас серьёзно прошу.
Аполлинария. А коли просите, так надо исполнять; я не знаю, у кого достанет сил отказать вам в чём - нибудь. Для нас ваше слово закон. Зоя так вас любит, что она за счастие сочтёт сделать вам угодное. Да и я… Ох… ещё это неизвестно, кто из нас больше любит вас, она или я.

Окоёмов. А что ж вы молчали до сих пор, что меня любите!
Аполлинария (конфузясь). Да, может быть, вы не так понимаете…

Окоёмов. Да что уж толковать! Ну, берегитесь теперь!
Аполлинария. Ах, что вы, что вы!

Окоёмов. Да уж поздно ахать-то. (Обнимает одной рукой Аполлинарию.) Ну, подите же к Зое, а то она приревнует; да поговорите ей насчёт Олешунина.

Паша (вводит). Фёдор Петрович Олешунин.
Окоёмов. Проси ко мне в кабинет. (Уходит в кабинет.)

Паша уходит в переднюю.

Аполлинария. Ах, что это за мужчина! Он какой-то неотразимый. На него и обижаться нельзя, ему всё можно простить!

                                                                                 -- из пьесы Александра Николаевича Островского - «Красавец - мужчина»

( кадр из фильма «Старый Новый год» 1980 )