В горечи терпких напитков

Бомбардировщик грозно реял,
И стрекотал мотор столь шумно;
Так Ум его сомненья сеял;
Хотел, чтоб было всё разумно!!

Да и не мог остановиться
В своём безудержном движенье…
* * *

А Чувства – Что им там не спится?! –
Лежали все – в пренебреженье.

А Чувства все – под пылью; хламом
Заперты были как в кладовке.
Лишь Ум казался только правым:
С отлаженной экипировкой,

Начищен и отполирован,
И Жизни занял всё пространство!
А Чувствам – нету места снова.
Лишь в Разуме он постоянство

Предощущал. И им он правил.
Точнее – был рабом безмерно!
* * *

И вдруг – он Старый Путь оставил;
В Судьбе нащупал перемены.

Не только – корни в почве грустно;
А ствол рванул росточком к свету!
Теперь стихи читал искусно
И стройным стать решил он к лету.

                                                                          Ум и Чувства (отрывок)
                                                                             Автор: Ирина Мирдар

«Дантон». Пьеса.

Автор: Ромен Роллан

***

Аннотация: Пьеса посвящена событиям Великой французской революции XVIII века. Роллан показывает драматизм революционной борьбы, неразрешимость некоторых нравственных проблем в рамках революционной этики.
Некоторые особенности сюжета:
Дантон, самый популярный в народе лидер революции, возвращается в столицу в надежде положить конец репрессиям.
Дантону противостоит радикальный Комитет общественного спасения, возглавляемый Робеспьером.
После долгих колебаний и попыток переманить Дантона и Демулена на свою сторону Робеспьер принимает решение об их аресте.
Пламенный ораторский дар Дантона, оставленного сторонниками и к тому же замешанного в коррупции, не помогает ему справиться с противниками.
Скорый и неправедный суд отправляет Дантона на гильотину (16 жерминаля, или 5 апреля 1794 года).
Перед смертью Дантон успевает произнести речи о том, что «революция пожирает своих детей», и предречь скорое падение Робеспьера.

***

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ ( ФРАГМЕНТ )
__________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА: ( ПРЕДСТАВЛЕННОЙ СЦЕНЫ )

Дантон, 35 лет. — Гаргантюа (*) в шекспировском вкусе, жизнерадостный и могучий. Голова, как у дога, голос, как у быка. Лоб покатый, открытый, глаза светло - голубые, взгляд вызывающий, нос короткий, широкий, верхняя губа изуродована шрамом, нижняя челюсть тяжёлая, грубая. Атлет - сангвиник;
Камилл Демулен, 34 лет. — Карие чуть косящие глаза, длинные чёрные волосы. Лицо бледное, желчное, неправильное, расширяющееся кверху. Взгляд живой, своенравный, чарующий, беспокойный; быстрые переходы от приветливой улыбки к презрительной гримасе. Чрезвычайно женственен, то смеётся, то плачет, а иногда и одновременно. Изображать его заикание не следует. Но вообще в его речи, движениях, во всём его облике есть что-то неустойчивое и противоречивое.

Эро де Сешель, 34 лет. — Красивый, изящно одетый мужчина. По своим манерам и складу ума это последний представитель старого порядка в Конвенте. Сочетает в себе иронию с добросердечием. Очень спокоен, с огромным самообладанием (не участвует в представленной сцене, но о нём идёт речь);
Робеспьер, 36 лет. — Среднего роста, хрупкого сложения. Волосы тёмно - русые. Глаза тёмно - зелёные, большие, близорукие, устремлённые в одну точку. Огромные очки, сдвинутые на лоб. Нос прямой, слегка вздёрнутый. Бледен. Губы тонкие, с презрительной складкой, в которой есть что-то тревожащее и вместе с тем обаятельное (не участвует в представленной сцене, но о нём идёт речь).

Париж, март — апрель 1794.
___________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

Дантон, Камилл.

Дантон (смотрит вслед Эро). Бедняга! Он не в себе, упрекает меня в бездеятельности. Ты, Камилл, тоже меня осуждаешь, я вижу по глазам. Ну что ж, мой милый, не стесняйся. Ты считаешь меня подлецом? Ты склонен думать, что Дантон ради чувственных наслаждений готов пожертвовать и друзьями и славой?

Камилл. Дантон, почему ты медлишь?
Дантон. Дети мои, Дантон не скроен по мерке прочих людей. В этой груди пылают вулканические страсти, но они делают со мной не больше того, что я им позволяю. Сердце у меня жадное, мои чувства рычат, как львы, но укротитель сидит вот тут. (Показывает на голову.)

Камилл. Каков же твой замысел?
Дантон. Уберечь отчизну. Любой ценой избавить её от братоубийственных наших раздоров. Знаешь, отчего гибнет Республика? От недостатка обыкновенных людей. Слишком много умов занято государственными делами. Иметь Мирабо, Бриссо, Верньо, Марата... Дантона... Демулена, Робеспьера — это слишком большая роскошь для одной нации. Кто - нибудь один из этих гениев мог бы привести Свободу к победе. Когда они все вместе, они пожирают друг друга, а Франция вся в крови от их междоусобиц. Я сам принимал в них слишком деятельное участие, хотя, впрочем, совесть моя спокойна: я не начинал схватки ни с одним французом, если меня к тому не вынуждала необходимость самозащиты, даже в пылу сражения я делал всё для того, чтобы спасти моих поверженных врагов. И теперь я не стану из личных интересов затевать борьбу с самым крупным деятелем Республики... после меня. Лес поредел вокруг нас, я боюсь обезлюдить Республику. Я знаю Робеспьера: я видел, как он поднимался, как он входил в силу благодаря своему упорству, трудолюбию, преданности своим идеям; одновременно росло и его тщеславие, подчиняя себе Национальное собрание, давя на Францию. Только один человек всё ещё стоит ему поперёк дороги: моя известность не меньше его известности, и его болезненное честолюбие от этого страдает. Должен отдать ему справедливость: несколько раз он пытался заглушить в себе завистливые побуждения. Но неотвратимый ход событий, чувство зависти, которое в нём сильнее рассудка, мои заклятые враги, которые натравливают его на меня, — всё это ведёт нас обоих к столкновению. Каков бы ни был его исход, Республику это потрясёт до основания. Так вот, я первый покажу пример самопожертвования. Пусть его честолюбие больше не боится моей славы! Я долго пил этот терпкий напиток, и у меня от него горечь во рту. Пусть Робеспьер, если хочет, допивает чашу! Я удаляюсь под сень моей палатки. Я ещё менее злопамятен, чем Ахилл, — я буду терпеливо ждать, когда Робеспьер протянет мне руку.

Камилл. Если один из вас непременно должен пожертвовать собою, то почему именно ты, а не он?
Дантон (пожимая плечами). Потому что только я на это способен... (после небольшого молчания) и потому что я сильнее его.

Камилл. А всё - таки ты ненавидишь Робеспьера.
Дантон. Ненависть чужда моей душе. Я человек не желчный, и не потому чтоб я был добродетелен (я не знаю, что такое добродетель), — такой уж у меня темперамент.

Камилл. А ты не боишься предоставить поле действия врагу?
Дантон. Пустое! Я знаю его, как свои пять пальцев: он способен довести пьесу до четвёртого действия, но развязка ему роковым образом не даётся.

Камилл. А до тех пор сколько он причинит зла! Твоя мощь — это единственный противовес режиму насилия и фанатического террора. А как же ты поступишь со своими друзьями? Бросишь на произвол судьбы?
Дантон. Я им же окажу услугу, если на некоторое время сложу свои полномочия. Сейчас на них вымещают тот страх, который я внушаю своим врагам. Как только зависть перестанет мучить Робеспьера, он меня послушается. Когда же я буду представлять не одну какую - нибудь партию, а всё человечество, руки у меня будут развязаны. С людьми нужно обращаться, как с детьми, и уступать им игрушку, к которой они тянутся от жадности, — уступать для того, чтобы из-за глупого упрямства они не натворили бед себе и нам.

Камилл. Ты слишком великодушен. Никто не поймёт такой самоотверженности. Робеспьер не поверит, что ты устраняешься по доброй воле; его подозрительный ум станет в этом искать — и отыщет — макиавеллиевы козни. Смотри, как бы твои враги не воспользовались твоим отречением, чтобы нанести тебе удар.

                                                                            — из пьесы Ромена Роллана входящей в цикл «Театр революции» - «Дантон»
___________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

(*) Дантон, 35 лет. — Гаргантюа - Гаргантюа — персонаж сатирического романа - пенталогии французского писателя XVI века Франсуа Рабле «Гаргантюа и Пантагрюэль». Он король государства Утопия из рода великанов, сын Грангузье и Гаргамелы. Появляется в первой и эпизодически во второй и третьей книгах романа. Образ Гаргантюа — символ Ренессанса, символ отказа от традиционных жизненных установок Средневековья и возрождающегося интереса к светскому искусству и познанию мира, свободному от догм и ограничений.

И всё - таки ... Жалоба .. На слабых и коварных пантер перед прыжком

В женщине должна быть загадка! Головка чуть - чуть приподнята, глаза немножко опущены, здесь всё свободно, плечи откинуты назад. Походка свободная от бедра. Раскованная свободная пластика пантеры перед прыжком.

                                                                                                          -- Персонаж: Верочка. Х/Ф «Служебный роман» 1977 (Цитата)

Крепки у нас традиции
И ныне, словно встарь –
Ходить к царю с петицией:
«Спаси, надёжа-царь!

Зело бояре вредные,
Народ же – бос и гол,
А государь не ведает
Про энтот произвол!

Изрядное количество
Разъелось саранчи.
Уж ты, твоё величество,
За нас похлопочи!»

В ответ, в царёвом офисе
Воды набрали в рот.
Эх, знать-то, мало подписей
Собрал честной народ…

                                                           Челобитная
                                                 Автор: Андрей Шигин

«Безумный день, или Женитьба Фигаро». Комедия.

Автор: Пьер - Огюстен Карон де Бомарше

***

Сюжет: Действие происходит в течение одного «безумного» дня в замке графа Альмавивы. Фигаро, домоуправитель графа, решает жениться на горничной Сюзанне, служанке графини Розины. Граф Альмавива пытается расстроить свадьбу, воспользовавшись «правом первой ночи», — соблазнить Сюзанну перед свадьбой. Сюзанна раскрывает Фигаро планы графа, и пара решает перехитрить его с помощью самой графини, тоскующей по любви охладевшего супруга. На этом фоне всплывают старые тайны: Марселина, немолодая экономка доктора Бартоло, на которой Фигаро обещал жениться в обмен на займ, требует исполнения обещания, не подозревая, что он — её давно потерянный сын, рождённый вне брака от Бартоло.

***

ДЕЙСТВИЕ ПЯТОЕ

ЯВЛЕНИЕ III ( ФРАГМЕНТ )
_________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА: ( ПРЕДСТАВЛЕННОЙ СЦЕНЫ )

Фигаро, графский камердинер и домоправитель.

Сюзанна, первая камеристка графини и невеста Фигаро (не участвует в представленной сцене, но о ней идёт речь);
Графиня, жена графа Альмавива  (не участвует в представленной сцене, но о ней идёт речь);
Граф Альмавива, великий коррехидор (*) Андалусии ( не участвует в представленной сцене, но о нём идёт речь).

(*) Граф Альмавива, великий коррехидор - Коррехидор — административная и судебная должность в Испании и её колониальных владениях. Коррехидор назначался короной и осуществлял главным образом функции надзора над местной администрацией и судьями. В Испании должность коррехидора была упразднена в 1835 году (прим. ред.)
__________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

Фигаро один, в самом мрачном расположении духа, расхаживает впотьмах.

О женщина! Женщина! Женщина! Создание слабое и коварное!…

Всякое живое существо не может идти наперекор своему инстинкту, неужели же твой инстинкт велит тебе обманывать?… Отказаться наотрез, когда я сам её об этом молил в присутствии графини, а затем, во время церемонии, давая обет верности… Он посмеивался, когда читал, злодей, а я-то, как дурачок…

Нет ваше сиятельство, вы её не получите… вы её не получите. Думаете что если вы — сильный мира сего, так уж, значит, и разумом тоже сильны?… Знатное происхождение, состояние, положение в свете, видные должности — от всего этого немудрено возгордиться!

А много ли вы приложили усилий для того, чтобы достигнуть подобного благополучия? Вы дали себе труд родиться, только и всего. Вообще же говоря, вы человек довольно - таки заурядный. Это не то что я, чёрт побери! Я находился в толпе людей тёмного происхождения, и ради одного только пропитания мне пришлось выказать такую осведомлённость и такую находчивость, каких в течение века не потребовалось для управления всеми Испаниями.

А вы ещё хотите со мною тягаться… Кто-то идёт… Это она… Нет, мне послышалось. Темно, хоть глаз выколи, а я вот тут исполняй дурацкую обязанность мужа, хоть я и муж-то всего только наполовину!

(Садится на скамью.)

Какая у меня, однако, необыкновенная судьба! Неизвестно чей сын, украденный разбойниками, воспитанный в их понятиях, я вдруг почувствовал к ним отвращение и решил идти честным путём, и всюду меня оттесняли! Я изучил химию, фармацевтику, хирургию, и, несмотря на покровительство вельможи, мне с трудом удалось получить место ветеринара.

В конце концов мне надоело мучить больных животных, и я увлёкся занятием противоположным: очертя голову устремился к театру. Лучше бы уж я повесил себе камень на шею. Я состряпал комедию из гаремной жизни. Я полагал, что, будучи драматургом испанским, я без зазрения совести могу нападать на Магомета. В ту же секунду некий посланник… чёрт его знает чей… приносит жалобу, что я в своих стихах оскорбляю блистательную Порту, Персию, часть Индии, весь Египет, а также королевства: Барку, Триполи, Тунис, Алжир и Марокко. И вот мою комедию сняли в угоду магометанским владыкам, ни один из которых, я уверен, не умеет читать и которые, избивая нас до полусмерти, обыкновенно приговаривают: «Вот вам, христианские собаки!» Ум невозможно унизить, так ему отмщают тем, что гонят его. Я пал духом, развязка была близка: мне так и чудилась гнусная рожа судебного пристава с неизменным пером за ухом. Трепеща, я собираю всю свою решимость.

Тут начались споры о происхождении богатств, а так как для того, чтобы рассуждать о предмете, вовсе не обязательно быть его обладателем, то я, без гроша в кармане, стал писать о ценности денег и о том, какой доход они приносят. Вскоре после этого, сидя в повозке, я увидел, как за мной опустился подъёмный мост тюремного замка, а затем, у входа в этот замок, меня оставили надежда и свобода.

(Встаёт.)

Как бы мне хотелось, чтобы когда - нибудь в моих руках очутился один из этих временщиков, которые так легко подписывают самые беспощадные приговоры, — очутился тогда, когда грозная опала поубавит в нём спеси! Я бы ему сказал… что глупости, проникающие в печать, приобретают силу лишь там, где их распространение затруднено, что где нет свободы критики, там никакая похвала не может быть приятна и что только мелкие людишки боятся мелких статеек.

(Снова садится.)

Когда им надоело кормить неизвестного нахлебника, меня отпустили на все четыре стороны, а так как есть хочется не только в тюрьме, но и на воле, я опять заострил перо и давай расспрашивать всех и каждого, что в настоящую минуту волнует умы. Мне ответили, что, пока я пребывал на казённых хлебах, в Мадриде была введена свободная продажа любых изделий, вплоть до изделий печатных, и что я только не имею права касаться в моих статьях власти, религии, политики, нравственности, должностных лиц, благонадёжных корпораций, Оперного театра, равно как и других театров, а также всех лиц, имеющих к чему - либо отношение, — обо всём же остальном я могу писать совершенно свободно под надзором двух - трёх цензоров. Охваченный жаждой вкусить плоды столь отрадной свободы, я печатаю объявление о новом повременном издании и для пущей оригинальности придумываю ему такое название: «Бесполезная газета».

                                                                                   Пьера - Огюстена Карона де Бомарше - «Безумный день, или Женитьба Фигаро»

( кадр из телесериала «Великолепный век» 2011 - 2014 )

Подход при взятьи крепостей

Любовь – она, как взятье крепостей.
Осадный лагерь под стенами строим
И осаждаем пламенем страстей,
Бомбардировкой город беспокоим.
Уже ли храбрецы перевелись?
Настырно каждый день идём на приступ.
И так мы с этой крепостью сжились -
На ней знаком уже нам каждый выступ.
Пусть отвечают вылазками нам -
Ответный ход подчас непредсказуем.
Потери мы разделим пополам -
И снова крепость ласками штурмуем.
При штурме неприступных крепостей
Не часто ждёшь хороших новостей.

                                                                Любовь - она, как взятье крепостей...
                                                                                Автор: nicholas1960

Дуэт Рикардо и Федерико к/ф Собака на сене - Игорь Дмитриев и Николай Караченцов

«Собака на сене». Комедия.

Автор: Лопе де Веги

***

Главная героиня — графиня Диана де Бельфлор — обнаруживает в себе любовь к своему секретарю — простолюдину Теодоро, узнав о его отношениях со служанкой Марселой. Сословное расстояние между госпожой и слугой огромно, но Диана одержима ревностью, которая и помогла ей открыть в себе чувство (второе название комедии — «Любовь при виде чужой любви»). На пути любви оказывается множество преград: разница в социальном положении, внимание и ухаживания маркиза и графа, чувства Марселы, которую Теодоро несколько раз бросает ради Дианы. В финале Диана с готовностью принимает версию Тристана, сочинившего историю про найденного сына графа Лудовико, однако это объяснение необходимо ей лишь для того, чтобы в глазах общества её брак с секретарём не выглядел мезальянсом. Название комедии оправдано поведением Дианы: она не позволяет Теодоро любить себя, но и запрещает любить Марселу.

***

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ ( ФРАГМЕНТ )
__________________________________________________________________________________________________________

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА: ( ПРЕДСТАВЛЕННОЙ СЦЕНЫ )

Граф Федерико;
Леонидо, слуга;
Сельо, слуга;
Маркиз Рикардо.

Диана, графиня де Бельфлор (не участвует в представленной сцене, но о ней идёт речь).

Действие происходит в Неаполе.
___________________________________________________________________________________________________________

Улица.

Явление первое

Граф Федерико, Леонидо

Федерико
Её ты видел?

Леонидо
В этот храм
Она вошла, пленяя взоры,
Неслышной поступью Авроры,
Струящей первый свет лугам.
Вам не придётся долго ждать
У входа в божию обитель:
Священник здешний не любитель
Обедней паству утруждать.

Федерико
Я жажду с нею объясниться!

Леонидо
Вы как кузен, само собой,
Её проводите домой.

Федерико
С тех пор как я хочу жениться,
Я знаю, ей моё родство
Уже внушает подозренья;
А прежде я не знал стесненья
И не боялся ничего.
Будь он кузен, будь он знакомый,
Пока мужчина не влюблён,
Свободно к даме ходит он
И запросто, и на приёмы.
Но стоит лишь ему влюбиться,
Он реже посещает дом,
Он даже говорит с трудом,
Он робок, он всего боится.
Вот и со мной случилось так,
С тех пор как я в сетях Дианы;
Из-за моей сердечной раны
Я отлучён от многих благ,
Я с нею видеться не смею
Так, как в былые времена.

Явление второе ( Фрагмент )

Рикардо и Сельо, остающиеся поодаль от Федерико и Леонидо.

Сельо
Я говорю вам, что она
Пошла пешком, и слуги с нею.

Рикардо
До церкви близко, и Диана,
Блеснуть желая красотой,
Почтила камни мостовой.

Сельо
Видали вы, как утром рано
Восходит солнце в ореоле
Огнелучистого венца
И затмевает блеск Тельца,
Пасущегося в алом поле, —
Как называл один поэт
Зарёй пылающие тучи?
Так, проливая пламень жгучий,
Двух солнц победоносный свет,
Ещё роскошней и прекрасней,
Прошла Диана де Бельфлер.

Рикардо
Ты хитроумен и остёр,
И я твоей доволен басней.
Ты прав ещё и потому,
Что солнце, идя Зодиаком,
Дарует свет различным знакам,
Томимым ревностью к нему.
Уже лучей его венца
Граф Федерико ждёт, как видно.

Сельо
Один из вас, сколь ни обидно,
Изображает знак Тельца.

Рикардо
Ему на это все права,
Как первому и как кузену.
Я прихожу ему на смену
И буду в небе знаком Льва.

                                                              -- из пьесы Лопе де Веги - «Собака на сене»

( кадр из фильма «Собака на сене» 1977 )

Такое счастье, что и Чудо ....

Ей говорили: "Что за безрассудство!
С ним лебединой песни не пропеть,
Где он, а где театры и искусства,
Ты прима - он захаровский медведь!"
Она любила. Это ли не чудо?
Сердечно. Беззаветно. Вопреки.
Несла свою любовь из ниоткуда
С неспешной величавостью реки,
Что ускоряла бег на перекатах,
Кипела, пробиваясь сквозь гранит.
К ней прицепилась слава странноватой,
За редкую способность не винить
Ни чёрта, ни любимого, ни Бога
В слепых шероховатостях судьбы,
И чем трудней была её дорога,
Тем твёрже и настойчивей мольбы.
Она любила. Нежно, многоцветно,
Была подругой, матерью, женой,
Ее любовь могла бы стать бессмертной...
Но он ушёл к соседке. За земной.

                                                                     Необыкновенное чудо
                                                                  Автор: Ольга_Нежданова

«За чем пойдёшь, то и найдёшь» («Женитьба Бальзаминова»). Пьеса.

Автор: Александр Николаевич Островский

***

Сюжет: Михайло Бальзаминов мечтает жениться на богатой невесте, чтобы изменить свою жизнь из бедного служащего в благополучного мужа. Он обращается за помощью к свахе Акулине Гавриловне Красавиной, которая обещает найти ему подходящую девушку с капиталом. Некоторые события сюжета:
Бальзаминов ухаживает за вдовой Домной Евстигневной Белотеловой и её соседками Анфисой и Раисой Панфиловнами Пежёновыми.
Сваха Красавина использует Михаила для получения вознаграждения от богатых семей: обещает ему помочь с женитьбой на вдове Белотеловой, но при этом манипулирует им ради собственной выгоды.
Михаил влюбляется в Раису Пежёнову и мечтает увезти её из дома к себе, полагаясь на помощь Чебакова. Однако его планы рушатся, когда он понимает истинные намерения свахи и своего товарища.
В итоге сваха находит для Михаила другую богатую невесту и получает от него вознаграждение за свою услугу.
Счастливый конец: Михаил Бальзаминов женится на состоятельной женщине, обретает роскошную жизнь и забывает о своих прежних мечтах. Однако автор показывает, что его счастье иллюзорно и основано не на настоящих ценностях, а только на материальных благах.

***

Картина третья ( Фрагмент )

Явление восьмое
________________________________________________________________________________________________________________________________________

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА: ( ПРЕДСТАВЛЕННОЙ СЦЕНЫ )

Бальзаминова;
Бальзаминов.

Чебаков / Лукьян Лукьяныч / (не участвует в представленной сцене, но о нём идёт речь).

Сёстры Пежёновы / Анфиса и Раиса / (не указаны автором в разделе "Действующие Лица" в Картине третьей). 

Красавина / Сваха / (участвует в представленной сцене, но не подаёт реплик).

Комната у Бальзаминовых та же, что и в первой картине.
_________________________________________________________________________________________________________________________________________

Бальзаминова и Бальзаминов.

Бальзаминова. Что ты так скоро?
Бальзаминов (садится).Кончено, маменька! Таким дураком меня поставили, что легче бы, кажется, сквозь землю провалиться.

Бальзаминова. Да каким же это манером? Расскажи ты мне.
Бальзаминов. Очень просто. Приходим мы с Лукьян Лукьянычем к ихнему саду, гляжу – уж и коляска тут стоит. Только Лукьян Лукьяныч и говорит мне: «Ну, господин Бальзаминов, теперь наше дело к концу подходит». Так у меня мурашки по сердцу и пошли! «Давайте, говорит, теперь за работу, забор разбирать». Так я, маменька, старался, даже вспотел! Вот мы три доски сняли, а те уж тут дожидаются. Вот он старшую, Анфису, берёт за руку: «Садитесь, говорит, в коляску». Потом, маменька, начинают все целоваться: то сёстры промежду себя поцелуются, то он и ту поцелует, и другую. Что мне тут делать, маменька, сами посудите? Как будто мне и неловко, и точно как завидно, и словно что за сердце сосёт… уж я не знаю, как вам сказать. Я сейчас в ревность.

Бальзаминова. Ты это нарочно?
Бальзаминов. Само собой, что нарочно. Надо же себя поддержать против них. Я, маменька, хотел показать Раисе-то, что я в неё влюблён. Я и говорю Лукьян Лукьянычу: «Какое вы имеете право целовать Раису Панфиловну?» Они как захохочут все. Я, маменька, не обращаю на это внимания и говорю Раисе Панфиловне: «Когда же, говорю, мы с вами бежать будем?» А она, маменька, вообразите, говорит мне: «С чего вы это выдумали?» А сама целуется с сестрой и плачет. Потом Лукьян Лукьяныч сели в коляску с Анфисой и уехали. А Раиса, маменька, прямехонько мне так и отпечатала:«Подите вы от меня прочь, вы мне надоели до смерти», – да, подобравши свой кринолин, бегом домой. Что ж мне делать? Я и воротился.

Бальзаминова. Это оттого, Миша, что ты всё от меня скрываешь, никогда со мной не посоветуешься. Расскажи ты мне, как у вас это дело было с самого начала.
Бальзаминов. Порядок, маменька, обыкновенный. Узнал я, что в доме есть богатые невесты, и начал ходить мимо. Они смотрят да улыбаются, а я из себя влюблённого представляю. Только один раз мы встречаемся с Лукьян Лукьянычем (я ещё его не знал тогда), он и говорит: «За кем вы здесь волочитесь?» Я говорю: «Я за старшей». А и сказал-то так, наобум. «Влюбитесь, говорит, в младшую, лучше будет». Что ж, маменька, разве мне не всё равно?

Бальзаминова. Разумеется!
Бальзаминов. Я и влюбился в младшую. «Я, говорит, вам помогать буду, потом мы их вместе увезём». Я на него понадеялся, а вот что вышло! Вот, маменька, какое моё счастье-то!

Бальзаминова. Как же ты, Миша, не подумал, куда ты увезёшь невесту и на чем? Ведь для этого деньги нужны.
Бальзаминов. Я, маменька, на Лукьян Лукьяныча надеялся.

Бальзаминова. Очень ему нужно путаться в чужие дела! Всякий сам о себе хлопочет.
Бальзаминов. А впрочем, маменька, коли правду сказать, я точно в тумане был; мне всё казалось, что коли она меня полюбит и согласится бежать со мной, вдруг сама собой явится коляска; я её привезу в дом к нам…

Бальзаминова. На эту квартиру-то?
Бальзаминов. Вы не поверите, маменька, как, бывало, начну думать, что увожу её, так мне и представляется, что у нас дом свой, каменный, на Тверской.

Бальзаминова. Жаль мне тебя, Миша! Совсем ещё ты дитя глупое.
Бальзаминов. Уж очень мне, маменька, разбогатеть-то хочется.

Бальзаминова. Ничего-то ты в жизни не сделаешь!
Бальзаминов. Отчего же, маменька?

Бальзаминова. Оттого что не умеешь ты ни за какое дело взяться. Всё у тебя выходит не так, как у людей.
Бальзаминов. Нет, маменька, не оттого, что уменья нет, а оттого, что счастья нет мне ни в чём. Будь счастье, так всё бы было, и коляска, и деньги. И с другой невестой то же будет: вот посмотрите. Придет сваха, да такую весточку скажет, что на ногах не устоишь.

Красавина входит.

Да вот она! Вот она!

Бальзаминов и Бальэаминова встают.

                           -- из пьесы Александра Николаевича Островского - «За чем пойдёшь, то и найдёшь» («Женитьба Бальзаминова»)