В разновекторности эротических переживаний

А у меня фантазия такая –
В ней тоже ТЫ и Я, и тоже ночь глухая.
Я не могу унять в груди своей волненье,
Как спичка я зажглась, горю от возбужденья…

Ты - безусловно нежен, а я – от страсти млею,
Ты робок и настойчив в одно и тоже время.
Не будем торопиться – ведь впереди вся ночь,
Становится сложнее влеченье превозмочь.

Друг друга с тобой дразним,  любя … – игра такая…
И не боясь, доводим друг друга мы до края.
И в пропасть не боимся -  хоть очень край крутой,
Мы за руки возьмёмся – и  в омут с головой!

Когда вдвоём остались – часы остановились,
И мы хмельным весельем друг у друга заразились.
Какое счастье выпало нам, трудно и представить,
Мы к этому стремились, мы этого так ждали!

Признаюсь, на словах  я - смелее, чем на деле.
Мечтать могла, как буду лежать на твоём  теле…               
И вот ты -  мой красивый! Но что же медлю я?
Волнуюсь и вздыхаю, дрожат колени у меня.

                                                                                           Эротическая фантазия (отрывок)
                                                                                                        Автор: Юлия Косинова

Кто Поедет в Трускавец (online-video-cutter.com)

Глава вторая ( Фрагмент )

– Ева. Ева, я буду через двадцать минут. Снизу позвоню.
– Ой, вы такой стремительный. У вас полотенце запасное найдётся?

Глава третья ( Фрагмент )

Кроме полотенца, понадобилась рубашка.

– Я к вам бежала впопыхах, побросав некоторые девочковые запчасти. Например, пижаму в крупных зелёных собачках…

Выдал полотенце и белую рубаху.

Ева вышла из душа, от бутербродов отказалась.

«Тесто после двадцати ноль - ноль превращает женщину в грустного ослика», – сказала она.

Я предложил неопасный для фигуры огурец.

Ева, так и быть, стрескала его, забравшись с ногами в кресло у окна.

Я деревенею рядом с такими красивыми.

Язык делается ватный. Что ни скажи – глупо.

Задеваю мебель, хихикаю как идиот.

Женщины тянутся к другому типу мужчин, к мрачным элегантным скептикам.

Самец должен быть снисходительно - ироничным, чуть усталым, цедящим слова.

Пытался завести беседу, но она почти не говорит.

Многие дамы сами начинают говорить долго - долго, с местоимения «Я».

Например: «Я сегодня встала в девять…» – и дальше во всех подробностях, чем завтракала, как ждала автобус, кто как посмотрел и что, должно быть, подумал.

У Евы наоборот. Ни слова о себе.

Я спрошу – она лишь улыбнётся, пожмёт плечом. Зато слушает прилежно.

Глаза светлые, смотрит пристально, какую бы ахинею я не нёс. Очень приятный собеседник.

В час ночи она сверкнула коленками и направилась в спальню.

Будто под гипнозом я поплёлся следом.

Она обернулась на пороге кухни и сказала сердито, что у неё под подушкой будет лежать чёрный маузер.

До рассвета границу лучше не пересекать.

– Вас когда - нибудь хлестали по щекам чёрным маузером? Ну вот, и не рискуйте. Я не боюсь остаться наедине с кроватью. Спокойной ночи…

Смешная.

В голове моей распелись щеглы, скворцы и пеночки (*).

Я устроился на кухне и к утру написал колонку для журнала «Шоколад».

Редкая производительность.

Вот этот волнующий текст:

Романтический идеал самца – это август, сеновал и «мисс Алабама» в коротких шортах.

Каждый мечтает встретить свою половинку, затащить в пыльный стог, раздеть и обвалять её в клевере, пырее, и прочем гербарии.

И украсить ей волосы соломой.

Так велят нам мужские представления о нежности.

Закончив цикл ухаживаний, самец теряет интерес ко всем формам сельского хозяйства до следующего гормонального всплеска.

Эротические фантазии женщин, вы удивитесь, вообще не связаны с покосом и деревней.

Женщины не любят, когда их толкут в тёмном амбаре. Там пыль и насекомые, считают они.

К тому же, девичья голова на сеновале неизбежно принимает форму сеновала.

Это удивительный и гадкий феномен.

Зато, женщины с радостью посещают квартиры холостяков.

Предпочитают те, в которых порядок и простор.

Они не всегда стремятся, как в сказке, выжить зайчика из избушки.

Ими движет другая корысть – к мужским рубашкам. Это старинная эротическая традиция.

Рубаху следует надеть поверх трусов и блистать туда - сюда.

Женщины правильно считают себя бесподобными в этом наряде.

И нет лучшего подарка для дикого мужчины, чем гонять в его рубашке по его жилищу.

Когда, застегнув воротник на груди, она пробегает мимо вас по важным делам, не полюбить её невозможно.

Многие не носят каблуков, или узких платьев, или шляп.

Но рубашку, пять размеров больше своего, носят все.

Сначала девушка прячется в душе, мурлычет там и плещется.

Выходит – и как бы просит прощения за излишне открытые ноги.

Она бы и рада одеться скромнее, вот только целомудренная пижама осталась дома.

А эта рубашка лишь дотуда, докуда есть.

И теперь она – несчастная жертва обстоятельств с вызывающе красивыми бёдрами.

И сразу видно, какая она беззащитная.
                                                                                                      -- из книги Славы Сэ (настоящее имя — Вячеслав Солдатенко)  - «Ева»
__________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

(*) В голове моей распелись щеглы, скворцы и пеночки - Пеночки (лат. Phylloscopus) — род мелких насекомоядных птиц, единственный в семействе пеночковых (Phylloscopidae). Обитают в Европе, Азии и Африке, наибольшее биоразнообразие наблюдается в Восточной Азии.
__________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

( кадр из телесериала «Серафима прекрасная» 2010 - 2011 )