Огнём в восхитительном масле
Ни для кого не будет секретом, если я скажу, что всё в этом прогнившем, ко всем чертям мире, продаётся.
Однажды очередь дойдёт и до меня.
Какой - нибудь статный господин спросит:
"Какова твоя цена?" или "Сколько ты стоишь?".
Вы, должно быть, не понимаете зачем это уточнение и в чём разница.
Да всё просто: цену можно сбить, поднять, а стоимость отражает индивидуальные предпочтения как клиента, так и продажной личности.
Слишком дорого (отрывок)
Автор: колесникова валерия *
______________________________________________________________
* колесникова валерия - авторская самопрезентация.
______________________________________________________________
эпизод из фильма «Шопоголик» (реж. П.Д. Хоган, 2009)
И всё-таки ни одна женщина не может устоять перед этими сокровищами.
Ноздри её возбуждённо трепещут, рука начинает странно дрожать, пальцам хочется нежно погладить ткань, и лишь с трудом она сдерживает себя.
Тёте по давнишнему опыту знакомо это вожделение во взгляде, это почти сладострастное волнение, которое охватывает всех женщин при виде роскоши;
она невольно улыбается, заметив внезапно вспыхнувшие огоньки в глазах робкой блондинки; от одного платья к другому блуждают они, беспокойно, нерешительно, и Опытность знает, какое платье выберет Неискушённость, и знает, что, выбрав, будет с раскаянием взирать на другие.
Из самых добрых побуждений тётя с удовольствием подливает масла в огонь:
– Спешить некуда, я оставляю тебе все три, сегодня выберешь сама по вкусу, а завтра попробуешь остальные. Чулки и бельё я тоже захватила… теперь тебе недостаёт чего - нибудь такого свеженького, бодренького, что чуточку подкрасит твои бледные щёчки. Если не возражаешь, пойдём-ка прямо сейчас в stores и купим всё, что тебе понадобится в Энгадине.
– Но, тётя, – лепечет вконец потрясённая Кристина, – мне неудобно… нельзя же, чтобы ты столько на меня тратила. И номер этот слишком дорогой, ну в самом деле, мне бы вполне подошла простенькая комната.
Тётя лишь улыбается, не сводя с неё глаз.
– А потом, детка, – заявляет она властно,
– сходим к нашей парикмахерше, она тебя мало-мальски причешет. Космы вроде твоих у нас носят только индейцы. Сама увидишь, сразу легче будет держать голову, когда грива перестанет болтаться на затылке. Нет, нет, не спорь, я в этом лучше разбираюсь, положись на меня и не волнуйся. Времени у нас масса, Энтони сейчас торчит за послеобеденным покером. Вечерком преподнесём тебя ему как с иголочки. Ну, собирайся, детка, пошли.
В большом магазине спортивных товаров коробки одна за другой снуют со стеллажей на прилавок:
выбран свитер с рисунком в шашечку, замшевый пояс, подчёркивающий талию, пара крепких рыжеватых ботинок, остро пахнущих свежевыделанной кожей, шапочка, пёстрые, туго облегающие носки гольф и всякая мелочь;
примеривая в кабине обнову, Кристина, словно грязную коросту, сдирает с себя ненавистную кофту и тайком прячет эту привезённую улику нужды в картонную коробку.
Удивительное облегчение охватывает её по мере того, как исчезают в картонке опротивевшие вещи, будто вместе с ними навеки переходит туда же и её страх.
В другом магазине добавляются ещё вечерние туфли, лёгкая шёлковая шаль и тому подобные чарующие предметы;
с изумлением Кристина наблюдает, словно чудо, никогда не виданный ею способ делать покупки, то есть покупать, не спрашивая о цене, не испытывая постоянного страха перед «слишком дорого».
Выбираешь товар, говоришь «да» не задумываясь, не тревожась, и вот пакеты перевязаны, и таинственные рассыльные доставят их тебе домой.
Не успеваешь выразить желание, как оно уже исполнено: жутко всё это, но в то же время упоительно легко и красиво.
Кристина отдаётся во власть чудес, прекратив всякое сопротивление и предоставив тёте полную свободу действий;
она лишь застенчиво отворачивается, когда тётя вынимает из сумочки банкноты, и старается пропускать мимо ушей, не слышать цены
– ведь это так много, так немыслимо много, то, что на неё тратят: за годы она не израсходовала столько, сколько здесь за полчаса.
Когда они вышли из магазина, она, уже не сдерживаясь, в порыве благодарности трепетно прижимается к тёте и целует её руку.
Тётя с улыбкой смотрит на её трогательное смущение.
– Ну, теперь займёмся скальпом! Я отведу тебя к парикмахерше, а сама тем временем нанесу визит друзьям, оставлю им карточку. Через час ты будешь как с витрины, и я зайду за тобой. Увидишь, что она из тебя сотворит, ты уже сейчас выглядишь совсем иначе. Потом отправимся гулять, а вечером будем вовсю развлекаться.
— из романа австрийского писателя Стефана Цвейга - «Кристина Хофленер»
( кадр из фильма «Шопоголик» 2009 )
